Новости

Все новости >>

19 января 1919 года в Ташкенте произошло вооруженное выступление (мятеж против победивших мятежников), отличительной особенностью которого стало то, что двумя из его главных руководителей были влиятельные и авторитетные большевики, а подавить его удалось только благодаря решительным действиям левых эсеров. В последующем в советской историографии это обстоятельство без зазрений совести было перевернуто с ног на голову: утверждалось, что путч ликвидировали большевики, а эсеры им злонамеренно мешали; в лучшем случае их роль замалчивалась. Но гораздо важнее другое: повстанцы выступили под лозунгами созыва Учредительного собрания, представляющего весь народ, а не только две партии социалистов.

В первых числах месяца в Караганде произошла целая серия выступлений, вызванная резонансным событием: массовой дракой в ночь на 1 января в центре этого города, закончившейся поножовщиной и гибелью 23-летнего молодого казаха Рахимжана Жансеита (трое других мужчин в возрасте от 24 до 27 лет получили травмы различной степени тяжести).

5 января 2019 года Андрей Плужников, потерпевший по делу о похищении у него графической работы Рембрандта ван Рейна «Линия судьбы» (а согласно материалам следствия, всего лишь свидетель), обратился к председателю Ташкентского городского суда по уголовным делам Бахтиёру Исламову.

19 января исполняется сто лет со дня вооруженного антисоветского выступления под руководством Константина Осипова, эпилогом которого стали самые кровавые события в истории Ташкента за несколько последних столетий.

Строительство многофункционального делового центра (МДЦ) Tashkent City – большой проект, направленный на благоустройство центрального района столицы Узбекистана и создание соответствующих условий для населения и гостей столицы. По крайней мере, так об этом заявляет официальный сайт проекта. Пока неизвестно, привлечет ли Tashkent City туристов и бизнесменов, но права горожан уже систематически нарушаются.

Британское независимое издание Оpen Democracy обнародовало сразу две статьи-расследования, посвященных возведению в столице Узбекистана делового центра – так называемого Ташкент-Сити. Их авторы указывают на явную непрозрачность проекта, свидетельствующую о его коррупционной подоплеке. Азиатерра ранее тоже упоминала о том, что жителей кварталов, на месте которых власти решили развернуть строительство, изгоняют из их собственных домов, отнимая за бесценок принадлежащие им дорогостоящие земельные участки.

25 декабря в Ташкентском городском суде по уголовным делам начался апелляционный процесс по жалобе ташкентца Андрея Плужникова о несогласии с решением суда первой инстанции, постановившего изъять в пользу государства принадлежащую ему картину (точнее, рисунок в виде обыкновенного овала), предположительно, Рембрандта.

21 декабря в Ташкенте, на небольшой площади возле Мирабадского (Госпитального) рынка со стороны улицы Нукусской, был жестоко избит столичный житель музыкант Дильнур Камилов. Окровавленный, в тяжелом состоянии, он вынужден был самому себе вызвать «скорую», и в настоящее время находится на лечении в Республиканской клинической больнице № 1 (на улице Азимова, ранее Жуковского). По словам медиков, состояние 39-летнего пациента несколько нормализовалось. Хотя он до сих пор остается на больничной койне, поскольку получил сильное сотрясение мозга, перелом носа, рваную рану под левым глазом, у него зафиксированы многочисленные ушибы и ссадины.

На 25 декабря в Ташкентском городском суде по уголовным делам запланировано апелляционное слушание по делу о хищении картины «Линия судьбы» голландского художника Рембрандта ван Рейна, принадлежащей коллекционеру Андрею Плужникову. Заседание планировалось провести неделей раньше, но судья Зафар Нурматов (минувшей весной он вел процесс по делу журналиста Бобомурода Абдуллаева, в результате которого трое тех, что признали свою вину, были оправданы, а четвертый, не признавший, получил срок, правда, условный – ред.) объявил, что ему необходимо время для «всестороннего и объективного изучения материалов дела, согласно букве закона», чтобы вынести справедливый приговор.

Плато Устюрт – возвышенная равнина, протянувшаяся на сотни километров от Аральского моря до полуострова Мангышлак и залива Кара-Богаз-Гол, разделенная ныне между тремя бывшими советскими республиками – Казахстаном, Узбекистаном и Туркменистаном. Летом на этой бескрайней плоскости стоит едва выносимая жара, а зимой ее сковывают суровые морозы, усугубляемые беспрестанными пронизывающими ветрами, в результате чего температура опускается на десятки градусов ниже нуля. Обелиск посреди этого пустынного плато хранит память о трагической истории середины XX века.

Куратор и историк искусства Борис Чухович на сайте Alerte Heritage, посвященном защите центрально-азиатского культурного наследия, опубликовал статью о проблеме реставрации в Центральной Азии и других странах постсоветского пространства. Публикация вызвана варварским сносом семикупольного мавзолея Шамуна-наби (XVII - XVIII вв.), возведенного на развалинах более древнего сооружения, главной исторической достопримечательности Каракалпакстана из жженого кирпича. Как недавно стало известно, охраняемый объект был полностью снесен и заменен новенькой копией. И это не единственный памятник, уничтоженный ради того, чтобы на его месте было построено что-то поярче и «покрасивше» - в последние полтора десятилетия этот процесс охватил все регионы Узбекистана, причем сносы «старья» поддерживаются самими властями. Ниже мы полностью приводим статью Б.Чуховича.

Несмотря на то, что после кровавого подавления бунта в ночь с 7 на 8 ноября в исправительно-трудовой колонии № 3 (ИТК-3), расположенной в 16-м микрорайоне таджикского города Худжанда, прошли уже две недели, руководство этой страны до последнего пыталось отмалчиваться по поводу случившегося, и только 22 ноября его официальный представитель сообщил, что в бунте виноваты «экстремисты». Предыдущее сообщение приходится на 10 ноября, когда Главное управление погранвойск ГКНБ РТ официально уведомило коллег из соседнего Кыргызстана о восстании заключенных, отбывающих наказание за тяжкие преступления, в том числе терроризм.

Сайт «Мониторинговая миссия по трудовым правам в Центральной Азии», действующий с прошлого года, опубликовал крайне интересную, на наш взгляд, беседу журналиста Дмитрия Тихонова с Андреем Мростом, экспертом Cotton Campaign, специалистом по международным трудовым отношениям с более чем 20-летним опытом работы, занимавшимся исследованиями по теме корпоративной социальной ответственности и когда-то сотрудничавшим с Международной организацией труда (МОТ). Он раскрывает некоторые махинации этой организации вкупе со Всемирным банком, направленные на то, чтобы скрыть государственную систему принуждения граждан Узбекистана к подневольному труду при сборе хлопка. Провисев несколько дней, статья была убрана с сайта под давлением заинтересованных лиц и организаций. Предлагаем вам ознакомиться с отрывками из этого продолжительного интервью; полностью его можно прочитать здесь.

Татьяна Закирова и Гульшан Мирзаева, живущие на квартале Ц-5 в Юнусабадском районе Ташкента, летом этого года ставшие мишенями националистических возгласов ректора Университета журналистики и массовых коммуникаций Шерзода Кудратходжаева, наткнулись на глухую оборону представителей правовых инстанций, пытаясь привлечь влиятельного чиновника к ответственности.

Октябрьский приезд Путина в Ташкент журналисты назвали «прорывным» в узбекско-российских отношениях. Действительно, он оказался громким: и из-за небывалой представительности российской делегации, и по количеству заключенных и анонсированных экономических договоров, и в связи с объявлением о начале строительства АЭС. Но если встреча на высшем уровне дала столь ощутимые результаты, то что мешало развивать взаимовыгодные связи раньше, не теряя драгоценного времени, и что мешает сейчас? И так ли уж необходима Узбекистану дорогостоящая атомная станция, как уверяют узбекские и российские власти? Обо всём этом – в статье, посвященной прошедшему визиту.

По сложившейся традиции президент Узбекистана не часто выбирается «в народ». А когда всё-таки выбирается, то этот самый народ загоняют куда подальше, чтобы его было не видно и не слышно: безопасность вождя превыше всего. То же произошло и 26 октября, когда Шавкат Мирзиёев в сопровождении своей свиты отправился на ташкентский массив Юнусабад – инспектировать ход строительства метро, строящегося между 11-м и 13-м кварталами, а заодно посетил сами эти кварталы, точнее, несколько «реконструированных» дворов и детский сад. Впервые мне не пришлось куда-то отправляться за материалом для репортажа: он прибыл ко мне сам. Свои короткие отчеты с места событий я писал в Фейсбуке, а потом собрал их воедино и слегка подредактировал. Получилась вот такая хроника:

Дома как люди - одни заслуживают романов и баллад, другие не стоят даже упоминания. В центре Чирчика, чуть повыше городского канала, за разросшимися деревьями виднеется монументальное строение, которое еще рано называть развалинами, но в ближайшем будущем оно обещает в них превратиться. Со стороны двора здание напоминает средневековый караван-сарай с многочисленными комнатами-худжрами, а наружные стены оснащены балкончиками и рядами круглых окон-иллюминаторов. Мало кто знает, что это первое многоэтажное здание Чирчика, заложенное в 1934 году, когда ничего подобного не было даже в Ташкенте, и лишь после его постройки началось возведение еще не существующего, но уже запланированного города.

Причина намеченного сноса - расширение дороги, ведущей от многоэтажного жилого массива Сергели к массиву Куйлюк. Сам храм представляет собой комплекс из нескольких построек с небольшим двориком, в середине которого устроен пруд с лотосами. По мнению правительства, разрушены должны быть и несколько других объектов – рестораны и заводской шоколадный цех. При этом с другой стороны дороги – пустое поле, но делать небольшой изгиб либо расширять магистраль в ту сторону представители власти почему-то не желают (хотя именно это и было сделано при восстановлении моста через «малую кольцевую», когда он плавно обогнул построенные на месте прежней трассы кирпичные многоэтажки). О сути происходящего АзиаТерре рассказал заместитель настоятеля храма Александр Хегай.

На государственном портале для обсуждения проектов нормативно-правовых актов с 25 сентября идет обсуждение проекта правительственного постановления «Об утверждении Положения о порядке возмещения убытков физическим и юридическим лицам в связи с изъятием земельных участков для государственных и общественных нужд в городе Ташкенте», отрывающего возможность для массовой конфискации жилья и фактически отбрасывающего страну до уровня некоего африканского квазигосударственного образования. Разработчик документа – ташкентская администрация, а подписал его премьер-министр Абдулла Арипов. В соцсетях его открыто называют «антинародным» за противоречие нормам административного, гражданского и жилищного законодательства, а также Конституции Узбекистана.

Сфера высшего образования в Узбекистане по-прежнему одна из самых проблемных. На днях нам стали известны подробности скандала, случившегося в Узбекско-китайском институте имени Конфуция (УКИК), созданном тринадцать лет назад при Ташкентском государственном институте востоковедения (ТГИВ). Краткая суть случившегося: узбекского студента лицея приняли в это учебное заведение, а после его окончания, взяв плату за проведение международных экзаменов и вслед за уведомлением о зачислении в китайский университет, ему отказали в обучении за счет гранта. И никаких объяснений по этому поводу не дают. Более того, вскоре выяснилось, что таких принятых, а затем «отвергнутых» по никому не известным причинам студентов насчитывается более двадцати человек. А ведь это не только потерянные деньги, но и нервы, и время. Изучив ситуацию, мы пришли к выводу, что учредители действующего на территории Узбекистана иностранного образовательного учреждения непосредственным образом нарушают законы страны.