- Я, адвокат Сергей Майоров, являюсь защитником Даулетмурата Тажимуратова, героя Каракалпакстана, в 2023 году приговоренного к 16 годам лишения свободы. 17 января 2026 года, по просьбе родственников Даулетмурата я посетил колонию, в которой он отбывает наказание, в Навоийской области [Узбекистана]. Целью встречи с ним была проверка информации, полученной от родственников, о том, что Даулетмурата продолжают пытать, продолжают оказывать на него давление в период, пока он отбывает наказание.
Настоящее обращение адресовано в первую очередь президенту Республики Узбекистан Шавкату Мирамановичу [Мирзиёеву], к которому я уже неоднократно по этой теме обращался. Также оно адресовано Генеральному прокурору Республики Узбекистан, омбудсмену нашему, министру внутренних дел, министру юстиции, общественным организациям, которые отслеживают судьбу Даулетмурата. Конечно, я обращаюсь и к международным организациям, которые так же отслеживают, что происходит с политическим заключенным Даулетмуратом Тажимуратовым.
Итак, 17 января 2026 года я был в колонии и получил свидание с Даулетмуратом. В беседе с ним я получил информацию о том, что, действительно, он продолжает подвергаться насилию – и физическому, и психологическому. Вокруг него создается атмосфера нетерпимости, враждебности, уязвимости. О том, что я сейчас расскажу, я узнал от самого Даулетмурата. Я ему абсолютно верю, и он мне предъявил определенные доказательства своих слов.
О чем он мне говорил? Об особенностях режима пребывания в колонии. По воскресеньям, согласно действующим нормативным документам, осужденные должны иметь возможность отдыха, иметь возможность чтения литературы, в том числе разрешенной религиозной; то есть иметь возможность после пяти дней работы получить какой-то элемент отдыха.
Что происходит фактически в колонии, где отбывает наказание Даулетмурат? После утреннего подъема идет так называемое построение, которое занимает больше часа. По результатам этого построения, наконец, проходит завтрак. После завтрака опять построение. Муштра. Возможности осужденным заняться своими личными делами, заняться своим образованием, отдыхом, администрация исключает. Потом обед, и опять муштра, построение, и остается буквально один час в районе 8-9 вечера, когда осужденные реально могут заняться своими личными делами. Но мой подзащитный, интересующийся литературой, религиозной разрешенной литературой, не имеет возможности читать даже в воскресенье. Его плохое зрение и плохое освещение просто не позволяют ему вечером заниматься чтением. Он обратился к руководителю колонии о несправедливом, неправильном распорядке по воскресеньям. Начальник разрешил ему НЕ ХОДИТЬ НА ОБЕД, и использовать обеденное время для чтения. Два воскресенья он сумел таким образом заниматься. А в третье воскресенье он получил наказание из-за того, что не пошел на обед. Это было четыре месяца назад. То есть, Даулетмурат лишен возможности отдыхать, и в воскресенье в том числе.
Каракалпакский юрист, активист и журналист Даулетмурат Тажимуратов в суде
Вторая особенность режима содержания в этой колонии. Имеются специальный день – четверги, это день «политпросвещения». Сами заключенные называет этот день «Икс-фактор», по наименованию одной телевизионной передачи. Что происходит на этих собраниях, политзанятиях? Администрация выводит нарушивших режим и начинает их ругать. Может назвать разными оскорбительными словами. И все эти политзанятия состоят лишь из того, что ругают плохих осужденных. Плохих – имеется в виду, допустивших нарушения. Реального воспитания, просвещения на этих четвергах не происходит. Об этом мне рассказал Дулетмурат.
И 20 ноября 2025 года очередное «политзанятие» или «политпросвещение» так же началось с того, что один из руководителей, первый заместитель начальника колонии, назвал Даулетмурата «врагом народов». Он его назвал преступником, по вине которого погибли люди. На этом заседании или «просвещении» было порядка двухсот заключенных, порядка тридцати работников колонии. И руководство колонии, которое сидело в «президиуме», за столом.
Что сделал Даулетмурат? Он снял с ноги ботинок кирзовый и бросил в лицо первому заместителю начальника колонии, и даже попал ему в грудь этим ботинком. И второй тоже бросил. Естественно, он сразу же был нейтрализован, скручен и отведен в штаб.
Почему Даулетмурат так поступил? Это был его протест против неправильного исполнения требований президента. Президент требует, чтобы люди оступившиеся, находящиеся в местах лишения свободы, тоже имели возможность отдыха, имели возможность просвещения, общения, в том числе с родственниками. Не согласившись с такой позицией администрации, Даулетмурат совершит вот этот эпатажный поступок. Это не из хулиганских побуждений. Это форма протеста, которая была допустима в той ситуации.
Что происходит дальше? Его скрутили. Есть такая поза удержания заключенных, называется «ласточка», когда в крайне неудобном положении, с наручниками на руках, с согнутыми спиной и головой его [осужденного] ведут в места, где он должен находиться. В данном случае речь идет о ШИЗО – штрафном изоляторе. Так вот, босиком его провели по площади до штаба. В штабе он находился босиком на бетоне, на него было вылито 20-30 ведер холодной воды, и в этой воде была растворена известь.
На следующий день, 21-го, его поместили в штрафной изолятор, где ветер, сквозняк, и [у него была] абсолютно легкая одежда. То есть, всё [было] создано для того, чтобы он заболел, чтобы максимально ухудшилось его здоровье. По дороге, пока его вели в скрюченном состоянии из зала просвещения до штаба, один из руководителей – я не буду называть фамилию, хотя она мне известна, - избивал его ногами, пинал его в разные части тела. Уже находясь в штрафном изоляторе, он так же подвергся насилию, из-за чего потерял сознание. Когда он пришел в себя, он обнаружил на своем теле телесные повреждения. Так что имело место и физическое и психологическое насилие в отношении Даулетмурата.
15 дней он провел в штрафном изоляторе. Из них 4 дня ему давали только холодный чай и холодную еду.
Произошедший конфликт, конечно, вызвал крайне негативные чувства заместителя [начальника колонии], и на сегодняшний день это выливается в месть в отношении моего подзащитного. Она проявляется следующим образом.
13 января 2026 года у Даулетмурата было право на длительное свидание с родственниками. Родственники, конечно же, приехали 13 января на свидание. Но им не дали, не разрешили встретиться с близким им человеком.
Что произошло? За день до их приезда, 12 января 2026 года, Даулетмурат был вызван к руководителю колонии, где ему было объявлено, что он лишен права на длительные свидания с родственниками. А за что? А вот это и есть та самая месть руководства колонии. Дело в том, что 28 декабря 2025 года Даулетмурат отоварился в местном магазине – прикупил 20-30 пачек чая. И когда принес этот чай в свой сектор №6, часть чая он раздал другим осужденным. Кому-то возвратил долг, у кого брал [раньше], кому-то подарил, имея такую возможность. И этот факт, - что он раздавал чай – был рассмотрен администрацией как нарушение режима. И вот за это – за раздачу чая – был издан приказ о лишении его возможности длительного свидания с родственниками.
Есть и другие обстоятельства, которые я должен довести до всех, кто интересуется судьбой Даулетмурата. Администрация запретила заключенным общаться с Даулетмуратом. То есть вокруг него создается атмосфера вакуума, неприязни. А если кто-то нарушает это правило, требование, – незаконное требование – то есть, общается с Даулетмуратом, - этот заключенный подвергается соответствующему наказанию. Такое наказание получил один из осужденных, который вместе с Даулетмуратом, вечером, попил чай. За это осужденного, у которого появилось право на выход в колонию-поселение, лишили этой возможности. У него в январе было такое право, и его не отправили в колонию-поселение, на более облегченный режим, только из-за того, что он общался с Даулетмуратом.
В своих предыдущих обращениях к мировой общественности, к общественным организациям, я сообщал об условиях работы Даулетмурата. Он работает в цехе по дроблению извести. Это, конечно, очень вредное производство, и именно такая работа была поручена Даулетмурату. (…) Даулетмурат говорит: станок, который мельчит известь, - это самодельный, самопальный станок у которого нету, конечно, никакого сертификата, и, конечно, который не создан с учетом техники безопасности. Для работы на этом станке – а понимаете, что это мелкое производство, то есть известковая пыль, при попадании в легкие, очень вредна для организма. Так вот, этим работникам выдают маски раз в месяц, - и то не каждый месяц. Конечно же, эти маски по-настоящему не спасают, особенно если их дают раз в месяц. На это я обращаю внимание, и я допускаю, что это делается специально – чтобы укоротить жизненный путь моего подзащитного.
Касательно работы на вредном производстве. По правилам работы на вредном производстве работникам должны выдавать специальное питание, хоть как-то смягчающее вредность работы. Так вот, в этой колонии раз в месяц, в связи с вредным производством, выдается кефир – 250 грамм. Вот это и есть та самая компенсация за вредную работу.
Есть еще одно обстоятельство, которое я хочу донести [до общего сведения] как абсолютное беззаконие, как нарушение прав Даулетмурата и одну из форм издевательства, одну из форм давления на него, и форму создания негативной атмосферы вокруг него. Дело в том, что то нарушение, которое он допустил, и за которое ему дали 15 суток ШИЗО, предполагает собрание материалов, взятие объяснений, то есть фиксацию этого события. Наверно, что-то подобное администрация сделала, и принесла ему вот эти материалы о его нарушении в день «просвещения» 20 ноября 2025 года. В это время, напомню, Даулетмурат находился в ШИЗО, в легкой одежде. Ему были даны для ознакомления материалы. Он - человек с плохим зрением, у него плюс четыре, - попросил дать ему очки, так как без очков он не способен рассмотреть текст этих материалов. Что сделал представитель администрации? Он сказал: «Обойдешься без очков. А из-за того, что ты не хочешь читать, будет составлен акт, что ты отказался знакомиться с материалами дела, с материалами вот по этому происшествию 20 ноября». Так и было сделано. Ему было отказано в предоставлении очков, и он не знакомился с этими материалами. И был составлен фальшивый акт.
Особая тема – боди-камеры. Дело в том, что то, что произошло во время конфликта 20-го ноября, конечно же, должно [было] быть зафиксировано на камеры. Чтобы проверяющие, - если кто-то будет проверять это событие, - могли убедиться в том, что это было всё так, как рассказал мой подзащитный. И когда составляется акт об отказе заключенного знакомиться с материалами дела, по правилам, у работника ИТК должна быть боди-камера. Вопрос: была ли боди-камера тогда, когда шли разбрательства по этим материалам? Конечно, не было. Были ли боди-камеры, когда его вели в скрюченном состоянии, босиком, по холодной площади, 20 ноября в штаб? Нет, конечно.
Цель моего обращения – донести до общественности то, что сейчас происходит в отношении Даулетмурата. Я вновь прошу руководство МВД обеспечить соблюдение прав моего подзащитного в Навоийской колонии, может быть, перевести его в другую колонию, так как обострение отношений с руководством достигло высочайшего уровня и, конечно, месть не заставит себя долго ждать.
Есть еще обстоятельства, которые требуют проверки, подтверждения. Дело в том, что мой подзащитный – очень грамотный человек, юрист, он неоднократно подавал жалобы, заявления, адресованные президенту, адресованные Генеральному прокурору, министру юстиции, министру внутренних дел, омбудсмену. Но он не получал ответов на свои обращения. Он убежден, что администрация просто не выпускает его обращения за пределы колонии. В противном случае, наверно, какой-то ответ пришел бы. Отсутствие ответа доказывает, что администрация поступает именно так с его жалобами.
Примерно в сентябре колонию проверил региональный представитель омбудсмена – мужчина, пожилой, седовласый, который сфотографировался вместе с Даулетмуратом. Даулетмурат ему сказал, что имеет, о чем сообщить представителю омбудсмена. Тот пообещал немедленно вернуться и поговорить с Даулетмуратом. Но он так и не пришел. То есть, представитель регионального омбудсмена, видимо, для отчета сделал фото как доказательство того, что н встречался с Даулетмуратом. Но никакой беседы не было.
Что еще мне сказал Даулетмурат? На протяжении того времени, что он отбывает наказание, он получил от родных 5 или 6 писем. При том, что количество [отправленных ему] писем зашкаливает за многие десятки. То есть, письма, которые адресованы Даулетмуратоу, ему просто не передаются. Это еще одно из нарушений со стороны администрации.
Статьи по теме:
Даулетмурат Тажимуратов: последнее слово
Здоровье Даулетмурата Тажимуратова в заключении с каждым днем ухудшается
Даулетмурат Тажимуратов: угрозы, избиение, нарушение прав
Даулетмурат Тажимуратов: «Это место похоже на тюрьму Хивинского ханства»
Адвокат Майоров — Даулетмурат Тажимуратов подвергается избиениям и издевательствам
В Бухаре оглашен приговор участникам июльских протестов в Каракалпакстане
Что вменяют в вину участникам протестов в Каракалпакстане
Силовой разгон протестов в Нукусе: есть убитые и раненые (видео)
В Нукусе вспыхнули протесты против «антикаракалпакских» поправок в Конституцию Узбекистана