25 августа суд Алмазарского района Ташкента по уголовным делам под председательством Зафара Бобонова вынес обвинительный приговор 51-летнему руководителю фирмы «Интеграл-инвест» Джахонгиру Умарову, признав его виновным в нарушении частей 1 и 2 статьи 273 («Незаконное изготовление, приобретение, хранение и другие действия с наркотическими средствами или психотропными веществами с целью сбыта, а равно их сбыт») УК РУз и назначив ему наказание в виде пяти лет лишения свободы. При этом в ходе судебного процесса была выявлена невиновность Джахонгира Умарова, а также то, что дело против него имело спланированный и заказной характер.

Дело предпринимателя Джахонгира Умарова вызвало широкий отклик в интернет-пространстве. В числе других отозвался и сайт UzNews.uz, выступивший с резкой критикой публикаций в защиту Умарова. Честно говоря, первой эту тему подняла я - независимая журналистка Малохат Эшанкулова, потом о суде над Умаровым стали писать и другие. Правда, я писала на узбекском языке. Но UzNews написал на русском, поэтому я рискну ответить на том же языке.

Бахром Кобилов, заместитель начальника управления Генпрокуратуры по борьбе с организованной преступностью и коррупцией, выступавший обвинителем на процессе по делу о «заговоре по захвату власти в Узбекистане», на которую якобы покушались независимый журналист Бобомурод Абдуллаев и трое его знакомых, освобожден от занимаемой должности, сообщает Uznews.uz. Причина этого решения неизвестна и вряд ли будет озвучена; скорее всего, это произошло в рамках «очищения» Генпрокуратуры от кадров, связанных с Рашидом Кадыровым, возглавлявшим это ведомство с 2000-го по 2015 годы, а ныне арестованным по обвинению в вымогательстве, взятках и злоупотреблении должностными полномочиями.

Первый за почти два десятилетия открытый политический процесс, проходивший в Ташкентском городском суде в течение последних двух месяцев, завершился освобождением всех подсудимых, причем трое были оправданы, а один приговорен к году с небольшим исправительных работ. Но этот судебный марафон был интересен не только своей открытостью, а и тем, что в рассматривавшемся деле о заговоре с целью захвата власти в Узбекистане оказались объединены сразу несколько весомых с медийной точки зрения фигур: автор, разоблачавший узбекскую верхушку в течение 15 лет под псевдонимом «Усман Хакназаров», председатель СГБ Ихтиёр Абдуллаев и глава МВД Пулат Бабаджанов, которых следствие попыталось было прицепить к четырем «заговорщикам», а также извечный претендент на трон Мухаммад Салих.

Основное с судебного заседания 2 мая. Государственный обвинитель попросил суд полностью оправдать трех подсудимых – Салаева, Оллоёрова и Насреддинова, «ввиду их непричастности к преступлениям Абдуллаева», а самому Бобомуроду Абдуллаеву изменить наказание с того, что предусматривает 4-я часть 159-й статьи («Заговор с целью захвата власти или свержения конституционного строя Республики Узбекистан») на предусмотренное 1-й частью той же статьи («Публичные призывы к неконституционному изменению существующего государственного строя, захвату власти или отстранению от власти законно избранных или назначенных представителей власти…») и снизить срок лишения свободы с 20 до 5 лет.

Главное по итогам трех последних заседаний: судья отказался признать сфальсифицированные протоколы осмотра сфальсифицированными, отказал в проведении технической экспертизы электронных носителей с записанным на них файлом с проектом «Жатва», зато эксперт Ольга Питиримова официально подтвердила, что установить конкретного автора абзацев, содержащих призывы и идеи экстремистского характера, в предоставленных для исследования статьях невозможно.

Основное с заседания 18 апреля: прокурор Бахром Кобилов указал, что размещенные на сайте «Народного движения Узбекистана» статьи за подписью «Хакназарова» оказались отредактированы – фразы и выражения, которые могли бы повредить Бобомуроду Абдуллаеву, были смягчены или вовсе исчезли; сам Абдуллаев заявил, что не имеет к этому ни малейшего отношения; специалист-компьютерщик под наблюдением судьи Зафара Нурматова скачал с сайта НДУ ряд статей для их повторного исследования.

Главное с заседания 16 апреля: свидетель Умарбек Джураев пойман на участии в фальсификации, а именно – на том, что он подписал протокол осмотра, датированный 14 октября, но содержащий статью, опубликованную 18 октября; адвокат Майоров представил доказательства того, что аналогичные протоколы оформлялись задним числом (фальсифицировались), так как они содержат статьи, вышедшие после проставленных на них дат; подсудимые Шавкат Оллоёров и Равшан Салаев во время следствия, говоря об одном и том же, дали по три варианта показаний, то есть, в них опять-таки присутствует ложь, что и обнаружил ознакомившийся с материалами дела Бобомурод Абдуллаев.

Основное с заседания, состоявшегося 11 апреля: свидетель Саидалиев дал противоречивые показания; вызванные на суд следователи СНБ в один голос заявили, что подсудимые явились по их вызову 27 сентября, сразу же во всем признались и добровольно дали на себя показания, после чего были отпущены, погуляли два дня, и только потом были задержаны официально; судья поддержал ходатайство защиты о предоставлении эсэнбэшниками видеозаписей «добровольного» прихода подсудимых в здания службы нацбезопасности и ухода из них.

Главное с последнего заседания: предоставленный для изучения файл «Жатва» был создан 14 октября, через две с половиной недели после ареста Бобомурода Абдуллаева; действия экспертов «координировались» сотрудниками СНБ; Хаёт Насреддинов, возможно, сотрудничает со следователями; судья Зафар Нурматов удовлетворил ходатайство адвоката Майорова о вызове в качестве свидетелей следователей Нодира Туракулова, Александра Веселова, оперативника Тимура Якубова и других лиц, имеющих отношение к данному уголовному делу. Моя статья подготовлена на основе записей в блокноте и в ней могут быть смысловые пропуски и некоторые неточности.

Итоги судебного слушания, состоявшегося 4 апреля: свидетеля Чарос Абдуллаеву привезли в суд и увезли из него на машине СНБ (то есть, возможно, она содержится в следственном изоляторе); свидетель Мусанов вновь дал путаные и противоречивые показания; план «Жатва», предусматривающий свержение «антинародного режима», был составлен на русском языке; Хаётхон Насреддинов настаивает на озвучивании записи разговора с Мухаммадом Салихом, состоявшегося в декабре 2013 года. Моя статья, как и все остальные, подготовлена на основе записей в блокноте, так что в ней имеются смысловые пропуски и небольшие искажения.

Главные моменты заседания, состоявшегося 2-го апреля: содержание статей «Усмана Хакназарова» следствие не интересовало, кроме одной, где говорилось о кандидатах на пост председателя СНБ; Хаётхон Насреддинов заявил, что Абдуллаев и Мухаммад Салих обсуждали по скайпу возможность «вывода людей на улицы» и «ввода в Узбекистан верных Салиху войск», свидетель Кенжа Мусанов дал ложные показания, в чем и был уличен судьей Зафаром Нурматовым. Пользоваться диктофонами в зале суда не разрешается, так что моя статья подготовлена по записям в блокноте, и в ней присутствуют смысловые пропуски и небольшие искажения.

Основные выводы по итогам судебного заседания, состоявшегося 29 марта по делу Бобомурода Абдуллаева и трех других «заговорщиков»: Равшан Салаев сотрудничает со следствием, то есть говорит всё, о чем его «попросили» следователи СНБ. Шавкат Оллоёров, вероятно, частично, по некоторым пунктам. Что касается плана «Жатва» то, по словам Салаева, он впервые увидел его в следственном изоляторе, а Оллоёров заявил, что вообще не имеет понятия, что это такое, и ему пришлось растолковывать суть этого документа прямо в зале суда.

На четвертый день удивительного суда по делу четырех гражданских «заговорщиков», вознамерившихся захватить государственную власть в Узбекистане, - стране с населением в 32 миллиона человек, - охраняемую сотнями тысяч вооруженных до зубов военных, милиционеров и сотрудников спецслужб, предъявленное обвинение комментировал ключевой участник следственного и судебного процесса – независимый журналист Бобомурод Абдуллаев.

26 марта в Ташкенте состоялось третье судебное заседание по делу четырех «заговорщиков», по версии обвинения, собиравшихся захватить государственную власть в Узбекистане, – журналиста Бобомурода Абдуллаева, директора текстильного предприятия Рашана Салаева, администратора ресторана Шавката Оллоёрова и школьного учителя Хаётхона Насреддинова. Суд был действительно открытый и на него пускали всех желающих – даже корреспондентов ряда западных изданий и редактора ИА «Фергана» Даниила Кислова, - ничего подобного в Узбекистане не наблюдалось примерно с полтора десятка лет. Но телефоны и диктофоны на входе опять-таки отбирались, так что мне по-прежнему пришлось записывать услышанное в блокнот.

В последние недели в Самарканде только и разговоров, что о недавнем освобождении Ульмаса Джаббарова, гендиректора давно уже не существующего СП «Зарафшон-Калифорния», выпускавшего спиртоводочную продукцию. Он вышел на волю месяц-полтора назад после 18,5-летнего заключения. Горожане рассказывают друг другу, что некая женщина, которой Джаббаров когда-то помог с покупкой квартиры, несмотря на то, что до этого её не знал, и которая разбогатела, пока он сидел, подарила ему новенький автомобиль «Малибу». И что какие-то люди на подносе преподнесли ему горку из пачек долларовых купюр. Подобных историй пересказывается великое множество и, несмотря на свою фантастичность, все они отражают одно общее обстоятельство: к моменту ареста директор СП был человеком состоятельным и обладавшим большими возможностями.

15 марта прошло второе заседание Ташкентского городского суда по уголовным делам по делу журналиста Бобомурода Абдуллаева, блогера и учителя Хаётхона Насреддинова, а также предпринимателей Равшана Салаева и Шавката Оллоёрова, обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного 4 частью 159-й статьи УК РУз и определяемого как «Заговор с целью захвата власти или свержения конституционного строя Республики Узбекистан», за что они могут быть лишены свободы на срок до 20 лет.

7 марта в здании Ташкентского городского суда по уголовным делам состоялось первое заседание открытого судебного процесса по делу журналиста Бобомурода Абдуллаева, блогера и преподавателя Хаётхона Насреддинова, и их «сообщников» - предпринимателей Равшана Салаева и Шавката Оллоёрова, обвиняемых в попытке устроить в Узбекистане революцию по заранее разработанному плану «Жатва». Всем им была предъявлена одна из самых «тяжелых» статей Уголовного кодекса – 159-я («Посягательства на конституционный строй Республики Узбекистан»), предусматривающая до 20 лет лишения свободы.

Врио президента Узбекистана Шавкат Мирзиёев 16 сентября побывал в Джизакской области, где «за допущенные недостатки в работе» поснимал с должностей хокима Джизака (главу администрации) Асрора Кобилова, прокурора области Шухрата Акбарова, а также хокимов пяти районов, в том числе Пахтакорского. Таким образом, своего места лишился и Гафур Каршибаев – тот самый районный руководитель, который «заказал» местному отделению СНБ посадить фермера-рыбовода Арамаиса Авакяна.

Это рассказ о простом пенсионере из небольшого села под Кокандом, который, как и большинство людей из сельской глубинки Узбекистана, неоднократно сталкивался с чиновничьим произволом. Но, в отличие от других, Камолджон Джураев никогда не опускал руки. Ему пришлось судиться с частными лицами, с налоговой инспекцией и с районным хокимиятом. В итоге он каждый раз добивался торжества закона. Правда, стоило это ему огромного нервного напряжения и двух инсультов.

Вот уже 14 лет в Узбекистане «мотает» срок гражданин России и Израиля, бывший коммерческий директор Ташкентского лакокрасочного завода Валерий Парижер, осужденный за «должностную халатность» и «хищение путем растраты». В 2010 году, хотя насчитанный ему материальный ущерб был давно возмещен, его перевели в печально известную колонию Джаслык в Каракалпакии, а затем накинули еще 5 лет – «за нарушение внутреннего распорядка». За побег дают и то меньше – три года.

2 июня Верховный суд Таджикистана вынес приговор по делу 17 обвиняемых членов Партии исламского возрождения, 13 из которых входили в её политсовет. Сюрприза не произошло: заместители председателя партии Саидумар Хусайни и Махмадали Хаит были приговорены к пожизненному заключению, остальные 12 подсудимых получили от 15 до 28 лет тюрьмы, за исключением единственной женщины - 44-летней Зарафо Рахмони, «отделавшейся» двумя годами лишения свободы. Предсказания о ее возможном освобождении, к сожалению, не сбылись.

22 марта в Джизакском областном суде по уголовным делам в скоротечном режиме прошел апелляционный процесс по делу фермера-рыбовода Арамаиса Авакяна и его друзей и помощников Фурката Джураева, Бектемира Умирзокова и Акмаля Маматмуродова (дело Дильшода Алимова по его заявлению на этом процессе не рассматривалось и будет рассмотрено по кассации), бездоказательно обвиненных в исламском экстремизме и терроризме и приговоренных к длительным срокам лишения свободы. Судейской «тройке» - судьям Боймуродову, Джаббарову и Очилову, понадобился всего ОДИН ЧАС, чтобы рассмотреть апелляционную жалобу на приговор того же суда от 19 февраля 2016 года, заслушать показания осужденных, и признать их виновными во всех приписываемых им преступлениях.

В распоряжении нашего издания оказался текст приговора Джизакского областного суда по делу Арамаиса Авакяна, фермера-армянина, обвиненного в исламском экстремизме и терроризме, а также сотрудников его рыбоводческого хозяйства и его знакомых, осужденных для того, чтобы местные силовики смогли отчитаться о ликвидации «преступного сообщества».

Громкая история джизакского фермера-рыбовода Арамаиса Авакяна и его друзей вышла на международный уровень – за них вступилась Amnesty International, отмечая, что суд над ними был несправедливым, а в ходе следствия они подверглись пыткам. Одновременно ряд правозащитников Узбекистана, Армении и других стран сообщили о создании общественного комитета «Авакян +4» для защиты осужденных по этому беззастенчиво сфабрикованному делу.

Сегодня, 19 февраля, Джизакский областной суд по уголовным делам, наконец, вынес приговор по громкому делу «пахтакорских джихадистов», то есть, по делу группы людей, которые на основании полностью сфабрикованного обвинения – от первого до последнего слова – были обвинены в исламском экстремизме, терроризме, намерении истреблять сотрудников МВД и СНБ, захватить военный аэродром, местную тюрьму, взорвать стратегически важные объекты и уехать в Сирию, чтобы воевать на стороне ИГИЛ, а также в том, что они выкапывали и продавали старые асбестовые и бетонные трубы.

35-летний чайханщик из Пахтакора, городка в Джизакской области Узбекистана, в обвинительном заключении, составленном Управлением СНБ Джизакской области, представлен идейным лидером раскрытого террористического «сообщества», под чьим влиянием четверо местных парней вдруг стали исламскими радикалами, распространяющими экстремистские материалы, готовящими мятеж с сопутствующим захватом военного аэродрома и тюрьмы, а после этого намеревающимися уехать в Сирию и присоединиться к ИГИЛ.

Джизакский областной суд по уголовным делам вот уже две недели никак не решится вынести приговор по делу Арамаиса Авакяна, Фурката Джураева и их товарищей, обвиненных в экстремизме, терроризме, намерении истреблять сотрудников МВД и СНБ, захватить тюрьму, военный аэродром, осуществить взрывы, а заодно в хищении старых асбестовых и бетонных труб. Судья Аскар Мамарахимов, завершивший процесс с десятками подсудимых и свидетелей ударными темпами - за несколько заседаний, вдруг взял долгую паузу. На самом деле задумались, конечно, совсем в другом ведомстве, когда это полностью сфабрикованное дело затрещало по швам.

В Джизакском областном суде по уголовным делам практически завершился громкий процесс по делу фермера-христианина Арамаиса Авакяна и четырех его товарищей, обвиненных в исламском экстремизме и причастности к ИГ, а также в том, что они выкапывали из земли старые трубы, проложенные еще в 1980 году, и продавали их. Второго февраля прокурор Шавкат Турдибаев попросил суд приговорить 33-летнего Авакяна к 18 годам лишения свободы, Фурката Джураева – к 15 годам, Дильшода Алимова, Акмаля Маматмурадова и Бектемира Умирзокова – к 10 годам.

В Джизакском областном суде по уголовным делам продолжаются судебные заседания по делу местного фермера-армянина Арамаиса Авакяна и четырех его товарищей-узбеков, обвиняемых ни много ни мало, в симпатиях к «ИГ», религиозном экстремизме, сепаратизме, и намерении «истреблять представителей власти». Помимо этого им инкриминируют еще одно «ужасное» преступление, а именно то, что они несколько раз выкапывали из земли старые трубы советских времен и продавали их.

11-го января в суде по уголовным делам Дустликского района Джизакской области прошел скоротечный судебный процесс по делу председателя джизакского отделения Независимой организации по правам человека Узбекистана (НОПЧУ) Уктама Пардаева. По его итогам правозащитник был признан виновным по всем инкриминируемым ему статьям и приговорен к трем годам лишения свободы - условно.

Шестого января в Джизакском областном суде по уголовным делам состоялось первое заседание по делу местного фермера армянской национальности Арамаиса Авакяна, а также четверых его коллег, этнических узбеков – все они обвиняются в связях с «ИГ». Однако в Пахтакорском районе Джизакской области многие высказывают мнение, что истинной причиной обвинения фермеров является конфликт между хокимом (главой администрации) района Гафуром Каршибаевым и Авакяном из-за принадлежащего последнему успешного рыбного хозяйства.

Российские СМИ со ссылкой на неназванного представителя Ферганского областного суда сообщили, что в начале января этот суд во время серии процессов приговорил 60 руководителей и топ-менеджеров крупных предприятий к заключению на срок от 5 до 15 лет за ряд финансовых преступлений и нанесение ущерба государству.

Ташкентский журналист Саид Абдурахимов (псевдоним - Сид Янышев), по окончании процесса  на основе сфабрикованного против него административного дела, решил какое-то время провести в своей любимой Одессе: хорошенько отдохнуть, набраться сил, и, как говорится, подлечить нервы. И немедленно угодил в очередную историю.

В Ташкентском городском суде по уголовным делам идет судебный процесс в отношении девяти сотрудников Ферганского масложиркомбината, сообщает источник «АзияТерры». Им предъявлены обвинения по статьям 210 («Получение взятки») и 167 («Хищение путем присвоения или растраты») УК РУз. По мнению следствия, эти преступления они совершили в период правления так называемой «кувасайской мафии», то есть группировки, возглавляемой Акбарали Абдуллаевым.

Защита независимого ташкентского журналиста Саида Абдурахимова (творческий псевдоним – Сид Янышев), пытается обжаловать в Верховном суде по уголовным делам вынесенное в его отношении незаконное судебное постановление.

Попытку эту следует признать исключительно формальной, так как в связи с заказным характером его дела, шансов на пересмотр итогов суда практически нет.

19-летняя Матлюба приобрела широкую известность после того как обвинила в изнасиловании 71-летнего Хасана Чориева, отца живущего в США Баходыра Чориева, лидера оппозиционного движения «Бирдамлик». В результате этого старик провел в заключении семь месяцев, пока, незадолго до смерти, не был отпущен домой. А спустя два месяца умер, унеся в могилу подробности взаимоотношений с этой молодой женщиной.

30-го июля ташкентский независимый журналист Саид Абдурахимов, более известный под псевдонимом Сид Янышев, получил на руки постановление Ташгорсуда по уголовным делам, рассмотревшего кассационную жалобу его адвоката Полины Браунерг. Общее резюме этого документа: постановление суда первой инстанции оставить в силе.

В Узбекистане на закрытом судебном процессе осуждены ближайшие «соратники» старшей дочери президента. Суд проводился без огласки, тайно, а адвокаты писали расписки о неразглашении, чтобы в СМИ не могли просочиться никакие подробности слушаний. Главная фигурантка этих дел для узбекского правосудия пока недоступна.

«Дело явно липовое - всё как на ладони…»

 

Александр Галич, «Аве Мария»

 

 

Так называемое «дело» независимого журналиста из Ташкента Саида Абдурахимова (творческий псевдоним Сид Янышев) поражает какой-то неприкрытой экзистенциальной тупостью его исполнителей, то есть тех представителей местной юстиции, которые на скорую руку его, это «дело», и состряпали.

28 июня суд по уголовным делам Шайхантахурского района г. Ташкента в авральном режиме рассмотрел дело писателя и журналиста Саида Абдурахимова (Сида Янышева). Он был признан виновным в журналистской работе без лицензии, а также в изготовлении материалов, «содержащих угрозу общественной безопасности и общественному порядку», и приговорен к крупному штрафу и конфискации орудия преступления – видеокамеры.

Городское управление внутренних дел Ташкента усилиями по меньшей мере трех своих сотрудников сфабриковало дело против 42-летнего узбекистанского журналиста и писателя Саида Абдурахимова (творческий псевдоним – Сид Янышев). 28 июня его уже будут судить.

В Таджикистане близятся к завершению процедуры обжалования в рамках уникального судебного процесса по делу об оскорблении таджикской интеллигенции известной фразой из письма Ленина. Ответчиком в нем, однако, выступает не основатель советского государства, а местный еженедельник «Азия-Плюс» и его редактор Ольга Тутубалина.