Процесс по делу Авакяна и его товарищей завершился

Четверг, 04 Февраля 2016

В Джизакском областном суде по уголовным делам практически завершился громкий процесс по делу фермера-христианина Арамаиса Авакяна и четырех его товарищей, обвиненных в исламском экстремизме и причастности к ИГ, а также в том, что они выкапывали из земли старые трубы, проложенные еще в 1980 году, и продавали их. Второго февраля прокурор Шавкат Турдибаев попросил суд приговорить 33-летнего Авакяна к 18 годам лишения свободы, Фурката Джураева – к 15 годам, Дильшода Алимова, Акмаля Маматмурадова и Бектемира Умирзокова – к 10 годам.

Надо сказать, что согласно сложившейся практике, в делах с «политическим» оттенком узбекские судьи никогда не проявляют самостоятельности, а просто озвучивают сроки, «спущенные» им тем ведомством, которое вело следствие – МВД, СНБ или прокуратурой.

В данном случае его вело Управление Службы Национальной Безопасности (СНБ) Джизакской области, обвинительное заключение составлено начальником следственного отдела Шерзодом Холовым. По сообщению «Озодлика» (узбекская служба радио Свобода), дело находилось под личным контролем прокурора Джизакской области Бахтияра Абдуллаева.

Подробно о происходящем рассказывается в статьях «В Джизаке начался процесс по обвинению в связях с «ИГ» фермера-армянина», «Как джизакский фермер Арамаис Авакян стал «диверсантом», «джихадистом» и «сепаратистом», «Громкий процесс в Джизаке по обвинению пяти мужчин в связях с «ИГ»: «кража» не подтвердилась, пытки были» и «Власти Джизака начали психологический прессинг семьи арестованного фермера Арамаиса Авакяна».

Похищение, подлог, пытки

Дело Авакяна и его товарищей совершенно типично для Узбекистана, поскольку полностью укладывается в широко распространенную схему, когда на собственника того или иного доходного предприятия заводится дело по «политической» статье.

Ширин Турсинова, жена Арамаиса, неоднократно заявляла, что причиной всего стал конфликт между ее мужем и хокимом (главой администрации) Пахтакорского района Джизакской области Гафуром Каршибаевым, вознамерившимся отобрать у него доходное рыбоводческое хозяйство. По ее словам, другие задержанные мужчины - Фуркат Джураев, Акмаль Маматмурадов и Бектемир Умирзоков работали в этом хозяйстве, а у Дильшода Алимова была взятая в аренду «Нексия», на которой он ездил по делам Арамаиса и его напарников.

Бородатые армяне. Арамаис Авакян - в центре 

Бородатые армяне. Арамаис Авакян - в центре

Третьего сентября, после обострения конфликта с хокимом района, внезапно исчез друг и партнер фермера Фуркат Джураев, который поехал на базар и не вернулся. Его мать позвонила Арамаису, и тот вместе с тремя товарищами – Акмалем Маматмуродовым, Дильшодом Алимовым и Бектемиром Умирзоковым – выехал на поиски Фурката. Они искали его всю ночь, а на следующий день, четвертого сентября, сами пропали без вести.

Позже на трассе между Джизаком и поселком Самаркандкудук была обнаружена сгоревшая «Нексия», арендованная Алимовым, на которой они искали Джураева. А пятого сентября на телефоны родителей Фурката и Дильшода пришли СМС-сообщения с незнакомых казахстанских номеров: «Я в Казахстане, скоро поеду на джихад. Простите меня». Близкие пытались было звонить по этим номерам, но телефоны оказались выключенными.

Родственники искали их сорок дней, при этом сотрудники областных управлений СНБ и ВД уверяли, что не имеют никакого понятия о том, где они находятся, и даже принимали участие в розыске. К поискам пропавших привлекался кинолог с собакой. А затем их родные узнали, что они с самого начала, то есть с 3-4 сентября, сидели в следственном изоляторе (и, значит, никак не могли отправлять «экстремистские» сообщения).

Немного позже эта история всплыла в статье на Фергане, посвященной аресту джизакского правозащитника Уктама Пардаева, при этом «дело Авакяна» еще не получило широкой огласки. Вот о чем в ней, в частности, говорилось:

«Причиной ареста Уктама Пардаева может быть не только и не столько его деятельность по мониторингу хлопковой кампании. Накануне ареста, с начала сентября, правозащитник занимался делом пропавшей группы молодых людей, проживающих в Пахтакорском районе Джизакской области. Парней искали целых сорок дней. Позже нашлись очевидцы того, как автомобиль с этими парнями был прижат к обочине дороги неизвестными людьми в масках. Они вытащили парней из машины, надели на голову мешки и увезли, а машину сожгли. В конце концов молодые люди были обнаружены родственниками в одном из следственных изоляторов - со следами страшных пыток и жестоких побоев».

(Сам Пардаев был арестован в ноябре 2015-го, отсидел два месяца и по сфабрикованному делу 11 января был приговорен к трем годам условного заключения.)

В следственном изоляторе все похищенные (слово «арест» здесь не подходит) действительно подверглись пыткам. Арамаису Авакяну словами ногу, о чем он впоследствии и заявил на первом судебном заседании. До этого его родственникам сообщили, что он «получил увечье, упав со стула».

Следствие завершилось седьмого декабря, и дело было передано в суд. Но еще до суда, 14 декабря, представители джизаских властей организовали собрание в махалле (квартале) имени Бабура, во время которого арестованных называли «предателями и врагами народа», а их семьи публично предали позору за интервью зарубежным СМИ. Председатель махалли, по сообщению «Озодлика», назвал Арамаиса «ИГИЛовцем и террористом» и зачитал письмо из СНБ, где говорилось, что Авакян вместе с друзьями намеревались посягнуть на конституционный строй в Узбекистане, а также убили сотрудника милиции и утопили его тело в пруду. (Потом выяснилось, что об этом следователям поведал Фуркат Джураев, а сам он заявил, что эти его показания были ложными - АsiaTerra.)

Был бы человек, статья найдется

Начиная с шестого января в Джизакском областном суде по уголовным делам шли слушания по делу Авакяна и его напарников. Всего состоялось пять заседаний. Всем пятерым инкриминировались самые «тяжёлые» статьи УК Узбекистана, включая «посягательство на конституционный строй» и «диверсию». Их, в частности, обвинили в том, что они собирались взорвать хокимият и убить двух милиционеров. Однако ни оружия, ни взрывчатки у них найдено не было.

Тем не менее, пытки сыграли свою роль, и на втором заседании суда трое из пяти подсудимых сказали, что признают свою вину. Фуркат Джураев полностью, Бектемир Умирзоков и Акмал Матмуродов частично, Арамаис Авакян и Дильшод Алимов всё отрицали и заявили, что они невиновны. Авакян сообщил суду, что обвинительное заключение они только подписали, так как им даже не дали ознакомиться с этим важным документом (получить представление о его вступительной части можно здесь).

(На этой аудиозаписи можно услышать голоса матерей и жен арестованных по делу «Арамаиса Авакяна», увидевшие своих близких в зале суда. Они проклинают милиционеров, сотрудников Службы национальной безопасности (СНБ) и всех чиновников).

«На втором заседании прокурор Шавкат Турдибеков зачитал обвинение, - рассказала корреспонденту радио «Озодлик» Ширин Турсинова. - Он заявил, что мой муж и его друзья хотела взорвать здание хокимията (мэрии), убить хокима (мэра), планировали убить милиционера, избили кого-то и украли у него 26 миллионов сумов (около $4260 по курсу «черного рынка»). Услышав эти обвинения, мой муж был шокирован. Все эти обвинения похожи на женские сплетни. Нет ни одного доказательства. Ведь у человека, который хочет взорвать здание хокимията, должны быть оружие и взрывчатка! Если у них всего этого не нашли, как они могут выдвигать такие обвинения?».

Подсудимых доставили в суд

Подсудимых доставили в суд

По словам Турсиновой, за четыре месяца заключения ее муж, бывший спортсмен, похудел почти вдвое, и едва поднимался со своего места.

Примечательно, что по своей тупости фабрикаторы дела не придумали ничего лучшего, кроме как пойти по накатанной дорожке и объявить всех арестованных экстремистами и террористами. Того, что Арамаис Авакян – христианин, они как-то не учли.

Но на экстремистов не тянут и остальные. Узбекский политэмигрант Улугбек Хайдаров, ранее живший в Джизаке и работавший там журналистом, рассказал, что Фуркат Джураев, которого в суде называют главным организатором преступлений, является сильно пьющим человеком. «Фурката обвиняют в джихадизме и фанатичном исламизме, а у меня есть сведения, что он задолжал местному магазинщику около 300 тысяч сумов ($50), то есть он взял взаймы в магазине ящик водки и деньги за нее не вернул, - пояснил Хайдаров. - Вот такой получается «исламист».

Обвинения против самого Авакяна базируются на показаниях его «сообщников» и неких «свидетелей», а также на якобы обнаруженных у него дома «запрещенных» материалах. Дело в том, что во время обыска у него изъяли несколько брошюр и дисков «экстремистского содержания» (а именно, как говорится в обвинительном заключении, диск с речью имама Рафика Камолова из киргизского города Кара-Суу, убитого киргизскими спецслужбами в 2006 году – AsiaTerra).

Однако, по словам Ширин Турсиновой, эти книжки принадлежали не Арамаису, а ей самой, и в них не было ничего противозаконного. Впоследствии следователь Дилмурод Болбеков, вернул их обратно, пояснив что ничего крамольного в них не найдено, правда, почему-то без титульных листов.

Когда же во время одного из судебных заседаний прокурор заявил, что при обыске в доме Арамаиса были найдены несколько дисков с записями исламского проповедника (Рафика Камолова – AsiaTerra), Ширин стала объяснять судье, что на изъятых дисках были лишь мультфильмы, а записей религиозного содержания не было.

Судья вызвал свидетеля Холджигитова, бывшего понятым во время обыска в доме Авакяна. На вопрос о том, сколько там нашли ДВД-дисков, он сказал, что точно не знает, а на повторный вопрос ответил, что «штуки три-четыре». Судья отчитал его со словами «Зачем подписывал протокол, если не знаешь, что и сколько нашли?..». Позже Ширин и другие опознали в нем сотрудника Пахтакорского РОВД.

Тем не менее, Турсиновой вернули вещи, изъятые во время обыска, в том числе и диски. Но не «три-четыре», а целых десять! Ширин испугалась провокации, и выбросила их.

Пахтакорские «джихадисты»

О большинстве судебных заседаний доходила только обрывочная информация, журналистов на процесс не допустили. Но и эти «обрывки» весьма красноречивы.

Так, в обвинительном заключении приводятся слова одного из «свидетелей» - парикмахера по имени Азамат, давшего показания о том что Арамаис и Фуркат целыми днями сидели у него в мастерской и «наблюдали за домом, где расположен районный отдел СНБ». (Его мастерская расположена напротив здания СНБ). На заседании, состоявшемся 18 января, свидетель сообщил, что Арамаис всегда сидел и смотрел на это здание. На что Авакян ответил: «И где мне надо было сесть? Все мужики сидят у тебя и обсуждают текущие дела». И обратился к судье: «Господин судья, то, что говорит это парень – клевета».

А во время заседания 20 января выступал милиционер Уткир Расулов, начальник следственного отдела Пахтакорского РОВД. Он сказал, что Авакян и Джураев хотели убить сотрудников милиции, а конкретно – его самого и еще одного милиционера по имени Эльёр. Арамаис и Фуркат его спросили: «Мы когда-нибудь с тобой ссорились? Или преследовали тебя?» Тот, смутившись, ответил, что «не помнит».

По нашим сведениям, по странному стечению обстоятельств, оба милиционера, сообщивших, что подсудимые собирались их убить, после ареста Арамаиса и его знакомых были переведены из Пахтакорского РОВД в отдаленные районы области: Уткир Расулов в Дустликский РОВД, а Эльёр - в Даштабадский.

В общем, когда стало очевидно, что «разоблачение» джихадистской ячейки может сорваться, представители следствия стали выдвигать на роль организатора «преступной группы» Фурката Джураева, а упор делать не на экстремизме, а на том, что арестованные якобы похищали старые трубы, закопанные в землю еще в 1980 году (об этом рассказывается здесь и здесь).

Показательно, что 29 января, после активного освещения процесса независимыми СМИ, свидетели, ранее давшие показания против фермера-армянина, вообще отказались от своих прежних слов.

Спасти рядового Каршибаева

Еще одной тенденцией стало стремление джизакской силовой и административной верхушки увести внимание наблюдателей от хокима Пахтакорского района Гафура Каршибаева. На Арамаиса сильно «надавили» чтобы он заявил, что хоким не имеет к этому делу отношения. И он был вынужден это сделать.

Несмотря на это, на одном из слушаний представитель Пахтакорского хокимията Карим Тотлибоев потребовал, чтобы Авакян публично признался, что хоким района тут ни при чем и они незнакомы друг с другом. Судья Аскар Мамарахимов заметил, что в этом нет необходимости, так как Арамаис уже говорил об этом на предыдущих заседаниях.

Но Тотлибоев не унимался, и требовал, чтобы судья наказал людей, которые дают интервью радиостанции «Озодлик». Судья ответил, что он не может воспрепятствовать свободе мнений, и посоветовал: «Лучше сами с ними разбирайтесь в махаллинском комитете. Работайте с ними, воспитывайте». То есть, дал неформальное указание, как надлежит поступать с «врагами народа».

Тем временем родственники обратили внимание, что у Арамаиса обе руки выглядят посиневшими (возможно, от ударов дубинками). Они заподозрили, что в перерывах между заседаниями на него специально «воздействуют», чтобы он говорил то, что выгодно следствию.

Радио «Озодлик» сообщило, что прокурор и руководство Службы национальной безопасности (СНБ) Джизакской области «давили» на родных обвиняемых парней с тем, чтобы это дело не попало в поле зрение международных СМИ. По данным радиостанции, дома жены и матери Авакяна находятся под наружным наблюдением.

Ширин Турсинова в интервью «Озодлику» рассказала, что силовики обратились к ее отцу и попросили заставить дочь замолчать и не общаться со СМИ. «После этого отец проклял меня. После того, как я дала вам интервью, они прижали к стенке моего отца и брата. Брат сказал им, что не может повлиять на меня, а отец демонстративно проклял, заявив: «У меня нет такой дочери», - цитирует ее радиостанция.

18 января чиновники Пахтакорского хокимията пригласили Турсинову на «консультацию», где пытались убедить в том, что к аресту ее мужа их босс непричастен. Ширин пришла на встречу со своей сестрой. Она рассказала, что в здании хокимията ее встретила целая делегация: заместитель хокима Фатима Расулова, глава отдела культуры Карим Тотлибоев, председатель женского комитета Рано Завкиева, сотрудник хокимията Алишер Очилов и несколько его коллег. На встречу были приглашены и родственники других парней, арестованных вместе с ее мужем.

Встреча с представителями местной администрации длилась больше часа. Чиновники дали приглашенным прослушать репортажи «Озодлика» и прочитать тексты с независимых веб-сайтов, в которых шла речь об аресте Арамаиса Авакяна и сотрудников его рыбоводческого хозяйства. Они заявили, что Ширин нарушила закон, оклеветав уважаемого человека – Гафура Яхшибаевича Каршибаева, и может попасть в тюрьму.

«Они мне сказали что я неправильно дала информацию зарубежным СМИ, о том что хоким, чтобы завладеть рыбным хозяйством, посадил моего мужа. На что я ответила, что я говорила правду и впредь буду так говорить, так как я сама видела и слышала несколько раз, что ваш хоким требовал долю, требовал, чтобы Арамаис отдал документы на водоем, несколько раз сам приезжал в рыбное хозяйство и смотрел на рыб, несколько раз открыто они ругались с Арамаисом», - рассказала Ширин.

По ее словам, они умолкли, а затем стали говорить, что всё будет хорошо, не надо, мол, так горячиться. Встреча с представителями администрации закончилась их обещаниями помочь в деле ее мужа

После ее ухода хоким района вышел (он сидел у себя в кабинете) и пригласил к себе сестру Ширин. Он сказал ей, что сожалеет случившемся, и делает всё, чтобы облегчить участь Арамаиса. «Скажите сестре, чтобы она больше не давала информации зарубежным СМИ. Скоро Арамаис выйдет. Мои люди работают уже в суде. Только пусть этот разговор останется между нами», - пересказывает его слова Ширин.

Сейчас на семью Авакяна оказывается мощное психологическое давление. Ширин пытаются представить развратной женщиной, встречающейся с другими мужчинами, пока её муж сидит в тюрьме, словам которой, соответственно, верить никак нельзя.

Подмётное саморазоблачение

В последнее время защита хокима Каршибаева весьма активизировалась: некие авторы стали рассылать статьи по базирующимся за рубежом независимым изданиям, уверяя, что заявления Ширин не соответствуют действительности. Вот, например, выписки из одной такой статьи, отправленной на сайт «Дунё узбеклари» (оно не было там опубликовано, с полным его содержанием можно ознакомиться здесь или здесь).

В тексте говорится о том, что рыбоводческое фермерское хозяйство «Дала ховуз баликлари», которым руководил Арамаис Авакян, было создано по решению хокима Пахтакорского района за №755 от 17 декабря 2010 года (по решению предыдущего хокима – AsiaTerra). «Целый гектар пустующей земли под искусственный пруд был выделен не А.Авакяну, а гражданину Дониёру Рузикулову. Спустя 2,5 года, а точнее в июне 2013 года, ввиду болезни Дониёра Рузикулова, он был освобождён от должности руководителя ф/х «Дала ховуз баликлари» и председательство было переоформлено на Арамаиса Авакяна. Через месяц стороны провели приём-передачу и подписали соответствующие документы. Именно тогда с А.Авакяном начали работать будущие его сообщники – молодые люди по имени Фуркат, Акмаль и Темур (Бектемир – AsiaTerra)».

«А теперь остановимся на пресловутых 70-80 тоннах рыбы […], - продолжает автор. - По информации начальника Пахтакорского районного отдела статистики Х. Хужанапасова, согласно предоставленным отчётам, фермерское хозяйство «Дала ховуз баликлари» в 2013 году произвело 1,5 тонны рыбы, а в 2014-ом - всего 1,4 тонны продукции. В течение 9 месяцев 2015 года данное фермерское хозяйство в райстатотдел никакой отчётности не представило».

Отмечу, что в данном случае автор статьи, скорее всего, прав. Сведения о 70-80 тоннах исходили от Ширин Турсиновой, но, как оказалось при последующем уточнении, в действительности она не знала точных цифр и ориентировалась на слова мужа, заявившего, что скоро они продадут рыбу и купят два дома и машину. С другой стороны, рыбу они пока в основном выращивали, а не продавали.

«Сведения, полученные в районном отделе налоговой инспекции, ещё более удручающие: Имея расчётный счёт в Пахтакорском районном отделении «Микрокредитбанка», ФХ «Дала ховуз баликлари», руководимое Арамаисом Авакяном, грубо нарушив действующее законодательство, в течение 2013 и 2014 годов не удосужилось создать фонд оплаты труда сотрудников. Таким образом, у ФХ имеется задолженность по налоговым и другим обязательным платежам в размере 3 млн 102 тыс. сумов ($517 по курсу «черного рынка»- AsiaTerra). ФХ не погасило и пенсионные отчисления».

«Все эти факты свидетельствуют о том, что Арамаис Авакян злостно игнорировал действующие законы Республики Узбекистан» - делает вывод автор, хотя никаких оснований для подобного заявления в своем тексте не приводит, не считая упоминания о небольшой задолженности.

А теперь переходим к главному абзацу:

«Как показала проверка, у фермерского хозяйства «Дала ховуз баликлари» не было необходимых условий и возможностей для успешного развития деятельности. Вместе с тем и решение о создании данного ФХ прежним хокимом района было принято с нарушением ряда требований законодательства. Как оказалось, данное решение не было утверждено специальной комиссией при хокимияте (администрации) области. Одним словом, фермерское хозяйство «Дала ховуз баликлари» изначально осуществляло свою деятельность незаконно. Данный факт нашёл своё подтверждение и в протесте районной прокуратуры за № 11-2015 от 17 августа 2015 года. Согласно данному документу были аннулированы все предыдущие решения бывшего хокима района, касающиеся ФХ «Дала ховуз баликлари».

В общем, как говорил Аль Капоне, «если кто-либо уверяет вас, что дело не в деньгах, значит точно в деньгах». «Аннулирование» права собственности на рыбоводческое хозяйство Арамаиса Авакяна является очевиднейшим доказательством намерений хокима Каршибаева и обслуживающего его интересы местного «актива».

Перед приговором

По-видимому, всем подсудимым всё хорошо «объяснили», поскольку на последнем судебном заседании, четверо из них попросили прощения у узбекского народа и лично у президента Ислама Каримова. Просить прощения не стал только Арамаис Авакян, сказавший, что ничего противозаконного он не совершал.

Приходится констатировать, что надежды на их оправдание крайне мало – в противном случае эсэнбэшникам придется ответить за пытки и за сожженную машину.

В ближайшее время судья Аскар Мамарахимов озвучит «спущенный» ему приговор.


Алексей Волосевич


Оставить комментарий

Убедитесь, что вы вводите (*) необходимую информацию, где нужно
HTML-коды запрещены