Концепция его определяется следующим образом:

Короткое и емкое слово «Тут» имеет два ключевых значения. В первом оно высвечивает вектор территориального предела как указующий знак инсталлированного пространства. Фокус ретранслируется здесь церемониальным жестом самой ситуативности, отсылающей нас ко временам Йозефа Бойса. В некотором смысле мы имеем дело с телесностью паузы в априорных пунктах нашего внимания. Как будто бы тутошний императив рецепции подслушивает безголосую слежку внутреннего голоса. Мы ориентированы на эфемерную близость безусловного места концептуальным наличием вневременного момента.

Второе значение слова «Тут» - название дерева. В памяти возникает один и тот же почти сновидческий пейзаж: сутулость тутовых деревьев по периметру хлопковых полей в предусмотренной белесости инея. Тектоника их существования в азиатском регионе похожа на ежегодны ритуал «физической расправы» в сезон зарождения шелковистого кокона. Неслучайно в узбекском языке есть выражения «Буталанган тут» («Обрезанный тутовник») и «Кесилган тут дарахти» («Спиленное тутовое дерево»). Отчасти благодаря тутовому дереву и его древней истории в речи часто употребляются слова «Шелковый путь», Икат, Хан-атлас, Бахмаль и т.д.

Настоящая выставка – это образцовый идентификатор опосредствованного взаимодействия нас с миром, с его отцеженной эманацией интерактивного взаимодействия в зрелости нашего неведения.

Соб. инф.