Она пишет, что в регионе особо выделяется проблема преследования властью – запрет на выдачу паспортов для выезда в другие страны, необоснованные задержания и уголовные преследования, безработица, дискриминация по национальному признаку, кредитная кабала, отсутствие социального обеспечения, нарушение прав жителей на достаточный жизненный уровень, включая права на питание, на достаточное жилище, на воду, нарушение прав на здоровье и образование.

Елена Урлаева приводит рассказ местного жителя Багдатбая Исмайлова. По его словам, во времена СССР Каракалпакская Автономная Советская Социалистическая Республика была развитым экономическим регионом, каракалпаки занимались животноводством, в каждом районе и в каждом совхозе было много птицефабрик, ферм, породистые коровы давали много молока, было развитое сельское хозяйство, сельскохозяйственная техника, трактористы и доярки в Москве получали награды, трудящиеся бесплатно отдыхали в санаториях, было хорошее питание.

Сейчас всё в разрухе, от ферм остались разбитые кормушки для скота, люди живут бедно, работы нет, для сдачи на металлолом выкапываются даже советские железные трубы. Всем жителям власти навязывают кредиты, многие болеют, население сокращается. Багдатбай Исмайлов поделился воспоминаниями, что когда он ходил в школу, в первый класс, было несколько первых классов. А сейчас учеников мало и в его бывшей школе №13 в Караузякском районе только один первый класс.

Раньше в школах учились на каракалпакском и русском языках, а сейчас дети учат узбекский, английский, русский с начальных классов и это большая нагрузка. Детских пособий сейчас не дают. Детских площадок вообще нет. Ученики в школу идут пешком из дальних аулов на большие расстояния, нет обеспечения школьными автобусами.

Почти во всех районах и аулах старые ветхие дома, за питьевой водой приходится идти больше километра, фермеры имеют земли, но отсутствует поливная вода, фермеры стали банкротами и только платят налоги за эти пустоши. 

Далее в отчете правозащитницы приводится рассказ фермера Жумабая Сагидуллаева, брата известного каракалпакского политэмигранта Амана Сагидуллаева.

«В 2004 году я оформил договор на аренду земли для разведения скота, 700 гектаров на 49 лет, так как имел частную животноводческую ферму в фермерском хозяйстве «Чорва Жумабай» на территории в 6,5 гектар земли в Караузякском районе.

У меня имелось 60 породистых коров, 100 баранов гиссарской породы, 50 козлов, 70 лошадей ахалтекинской породы, были комбайн «Енисей», трактор «Алтай», машина ГАЗ-53, много сельскохозяйственной техники. Это хозяйство приносило хорошую прибыль, было 10 рабочих мест - доярки, чабаны, трактористы».

Елена Урлаева возле разрушенной фермы Жумабая Сагидуллаева

В августе 2014 года ночью к Жумабаю Сагидуллаеву приехал участковый милиционер и увёз его в прокуратуру на допрос, продолжает Елена Урлаева. Сотрудники СНБ (Службы национальной безопасности, ныне переименована в Службу государственной безопасности, СГБ – ред.) и прокуратуры возбудили против него уголовное дело по шести статьям уголовного кодекса РУз.

Допросы проводились в прокуратуре райцентра Караузяка сотрудниками СНБ, в присутствии прокурора Нурека Уразбаева, который отобрал у Жумабая Сагидуллаева паспорт. Его допрашивали 30 дней, все вопросы касались его брата Амана, а не хищений в области животноводства.

Все допросы сопровождались пытками в кабинете на первом этаже прокуратуры, пишет Урлаева. Жумабаю надевали наручники и мешок на голову, затем сотрудники СНБ со всех сторон наносили ему удары и пинали ногами. Избивали по несколько часов, добивались информации, где находится брат. После пыток всё тело было в гематомах и ссадинах.

Жумабай Сагидуллаев бежал в Казахстан, затем в Кыргызстан в поисках убежища, в убежище было отказано. А власти Узбекистана объявили его в розыск.

Когда он находился в Кыргызстане, его фермерское хозяйство было разграблено. 24 мая 2015 года судебным исполнителем Ш. Ималатдиновым был составлен акт о конфискации скота, но в этом акте по словам Сагидуллаева, было занижено реальное количество животных. Акт подписали участковый милиционер Д. Айбусынов, директор хозяйства У. Кожанов, ветврач К. Жаббаров.

1 июля 2022 года судья уголовного суда Тахтакупырского района Д. Сражатдинов вынес решение на основании статьи 84 («Основания для прекращения уголовного дела без решения вопроса о виновности») УПК РУз.

Когда Жумабай Сагидуллаева вернулся в Каракалпакстан, его фермерское хозяйство было разорено. Ему же самому с тех пор власти отказывают в выдаче загранпаспорта.

Еще один собеседник Елены Урлаевой - Куатбай Бекмуратов, житель поселка Караузяк Бердах АПЖ, - обратил её внимание на проблему безработицы. По его словам, в районе нет ферм, нет предприятий, недавно открылась текстильная фабрика, но никто не знает об её деятельности.

Бекмуратов зарегистрировался на бирже труда, но пособия по безработице ему не дают, а в сфере строительства в настоящее время в соседнем Казахстане работы нет, в связи с чем нет и заказов на рабочих.

Он также рассказал правозащитнице об отсутствии водопроводной питьевой воды, о том, что дети ходят большие расстояния в школу и в детсад, почти за 10 километров, а родители каждый день вынуждены искать транспорт для поездок в школу и обратно. Бекмуратов указал на проблему установленного лимита на природный газ и сообщил, что обратился с письмом к президенту Узбекистана с просьбой снять этот лимит.

Далее Елена Урлаева кратко перечисляет семьи, с которыми она пообщалась, и проблемы, с которыми им приходится сталкиваться.

Женисбай Палуанов, 1988 г.р., Караузяккий район, поселок Кирпич-завод. Его семья из девяти человек живёт только на пенсию отца в 1.000.029 сумов ($83 – ред.), другого дохода нет. У Женисбая шестеро детей, трое из них – близнецы. Медицинского обслуживания нет, детского питания не дают, правда, хокимият один раз выделил гумантарную помощь – пачку влажных салфеток и несколько сосок. Дети, по его словам, голодные. На оплату коммунальных услуг денег не хватает. Отец, на пенсию которого они живут, болен, его уже три раза оперировали, ему требуется уход.

Хокимият причиной отказа в социальной помощи называет наличие у Женисбая Палуанова автомашины «Нексия» 2015 года выпуска, на которой можно зарабатывать. Однако Палуанов говорит, что на работу таксистом у него нет времени, так как ему приходится помогать жене ухаживать за шестью маленькими детьми и больным отцом.

Женисбай Палуанов с детьми-тройняшками

Жене политического заключённого Саадатдина Реймова Калбике Сейдабуллаевой и их 23-х летнему сыну Сийфатдину Реймову не выдают загранпаспортов, продолжает Елена Урлаева. Осуждённый по сфабрикованному уголовному делу Саадатдин Реймов содержится в колонии №34 в Кашкадарье в тяжёлом состоянии, он мучается от незнания узбекского языка (требуют петь гимн по-узбекски каждое утро), от отсутствия общения (среди заключённых-узбеков он единственный каракалпак).

Саадатдин Реймов просит о медицинской помощи и о переводе в колонию города Кунграда в Республике Каракалпакстан.

Политзаключённый Жумасапар Дадебаев содержится в тяжёлом состоянии в тюрьме Бухары, врачи рекомендовали ему срочное лечение в республиканской тюремной больнице, однако медицинская помощь ему не оказывается, пишет Урлаева.

Инвалиду первой группы Байраму Кайлыбекову, 2002 года рождения не оказывается должная медицинская и социальная помощь, ему необходим массаж, в доме нет туалета и ванной комнаты для гигиены, парень лежит на полу.

Асану Жумабаеву, 1967 г. р., проживающему в Ходжейли, власти не выдают загранпаспорт, он не может выехать за границу, чтобы увидеться с родственниками.

Абаду Тилепову, 1976 г. р., живущему в том же городе, тоже не выдают загранпаспорт, и он не может выезжать на заработки, а на родине нет работы или мало платят, завершает своё отчет Елена Урлаева.