Можно сколько угодно возмущаться, писать в социальных сетях или даже выйти с плакатами к музею (хотя кто на это решится?), но решение, скорее всего, уже не изменится. Потому что мы - интеллигенция и гражданское общество в самом широком смысле этого слова - уже давно проиграли государству и власти. Наши позиции слабы, наш голос почти ничего не значит, а наши взгляды зачастую слишком узки. Хуже всего то, что многие из нас сами стали сторонниками власти, а наши знания нередко поверхностны и неглубоки (и я сам тоже не исключение).
Поэтому они делают всё, что считают нужным. Общественная реакция им попросту безразлична: от президента до председателя махаллинского (квартального – ред.) комитета.
Но остается один вопрос: что мы сами - да, именно вы и я, - сделаем для нового музея? Для Навои? Для нашей национальной литературы?
Мне кажется, прежде всего мы должны сказать самые трудные слова самим себе: перестать винить исключительно других и признать собственную ответственность. Я и сам могу весьма сурово критиковать себя. Ведь ради Навои я мог сделать гораздо больше, чем сделал до сих пор.
У меня было гораздо больше возможностей чаще бывать в музеях, организовывать литературные мероприятия, приводить туда молодежь.
Несколько раз я приводил в музей Навои иностранных писателей. К сожалению, вместо современного музейного пространства они увидели экспозиции, почти не менявшиеся десятилетиями, холодные залы и тишину.
Сегодня легко обвинять Гульнару или других в закрытии библиотеки «Турон» (я читал об этом в публикациях одного уважаемого журналиста). Но большинство не знает, что библиотека не исчезла, она была переведена в новое помещение на территории Творческой школы имени Абдуллы Кадыри. Придите. Посмотрите. Наполните это место читателями, литературными встречами и культурными событиями. Сможете?
А может быть, настоящая проблема вовсе не в зданиях и не в их переносе? Может быть, она - в отношении каждого из нас к музеям, библиотекам и литературе?
Уже несколько лет я пытаюсь превратить дом-музей Айбека в настоящую литературную площадку. Проводил встречи, организовывал выставки, привлекал молодежь, приводил иностранных гостей. К сожалению, очень немногих из вас я видел рядом.
Уже много лет я перевожу произведения Алишера Навои на английский язык: «Фархад и Ширин», «Лейли и Меджнун», газели и комментарии к ним. Почти исключительно своими силами стараюсь издавать эти переводы и знакомить с ними зарубежного читателя. Но даже простых слов поддержки - «Это тоже важное дело для Навои» - мне почти никогда не доводилось слышать.
Уже несколько лет я продвигаю идею проведения Международного литературного фестиваля имени Алишера Навои, а также инициативу по присвоению городу Навои статуса Литературного города UNESCO.
Где же вы?
Если вам действительно нужен музей, были ли вы в нем хотя бы один раз?
Да, мы продолжаем проигрывать…
Независимо от того, где будет находиться музей, что мы начнем делать для Навои уже завтра?
Или еще несколько дней поспорим, а потом забудем и эту тему?
Или всё-таки объединимся, чтобы глубже открыть Навои для самих себя и познакомить с ним весь мир?
Сумеем ли мы наполнить музеи, библиотеки и литературные пространства настоящей, живой жизнью?
Мне не дают покоя строки самого Навои:
«Прославь мой труд по всем земным краям,
Чтоб стал он дорог всем людским сердцам».
Те, кто сегодня так горячо переживает за судьбу музейного здания, будут ли завтра так же переживать за самого Навои?
Честно говоря, меня тревожат не холодные стены, покрытые сыростью и копотью, а состояние нашей духовной среды.
Потому что любовь к Навои и к литературному наследию измеряется не памятниками и не зданиями, а делами.
Глубоким изучением и просвещением.
Научными исследованиями.
Переводами.
Фестивалями, которые открывают Навои и нам самим, и всему миру.
Превращением музеев в живые литературные пространства.
И, самое главное, умением вовремя поддерживать друг друга.
Не тогда, когда огонь уже погас.
Не тогда, когда всё уже закончено.
А сейчас!
Статья по теме:
Шухрат Бабаджанов: «Литературный музей имени Навои. Реквием по памяти»