Купкари в Ангрене, Паркенте и Кошкургане (фоторепортаж)

Среда, 27 Декабря 2023

В конце осени-начале зимы узбекистанские сельчане получают возможность, как исстари, ощутить себя лихими наездниками-удальцами: в большинстве регионов страны начинается сезон проведения купкари (улака, козлодрания). В этих зрелищных состязаниях на силу, смелость и ловкость принимают участие разновозрастные владельцы коней, а за бесплатными «представлениями» с удовольствием наблюдают группы болельщиков.

Обычно разыгрывается целый ряд призов, вручаемых победителям многочисленных заездов; чем состоятельнее организаторы, тем солиднее «премии».

Тушу козла, как мне объяснили, набивают солью, так что во время игры она хорошенько просаливается, после чего ее жарят или еще как-то готовят, и с удовольствием съедают.

Почти одновременно с началом игры на краю поля возникает сфера обслуживания. Начинают дыметь котлы-жаровни, печки-буржуйки и всякие железные бочки, без промедления появляется горячая еда, напитки, расставляются столы-стулья. Парни с объемистыми мешками, громко выкрикивая по-русски «Семечка!» предлагают зрителям свой ходовой товар.

Водка и пиво выставляются штабелями. Вообще-то торговля алкоголем должна вестись по лицензии. Но тут никто ни у кого ничего не спрашивает: абсолютная свобода.

Купкари близ Кошкургана

В этот фотоотчет вошли съемки из нескольких мест Ташкентской области.

Выбранное поле в предгорьях за Паркентом было настолько большим, что конники уносились куда-то вдаль и надолго там застревали, пытаясь отобрать друг у друга козла. Их было около двухсот, а есть такое правило: чем больше участников состязаний, тем меньше они гоняют и больше торчат на одном на месте, наглухо упёршись друг в друга.

Интересно, что в козлодрании принимали участие и два-три аксакала почтенного возраста. Один из них, казах-табунщик по имени Тулеген, которому было уже под восемьдесят, есть даже правнук, еще с утра в Паркенте ходил с трудом. А тут его привезли, посадили на лошадь, он хлестнул ее нагайкой и лихо поскакал, незамедлительно врезавшись в гущу игроков.

Примерно так же всё выглядело и в Абае (Кошкургане), разве что лошади не месили ногами грязь, так как успел выпасть снег. Сам Кошкурган – казахский поселок близ Чирчика, настоящий маленький Казахстан, поэтому большинство объявлений о победителях и о призах звучали по-казахски; назывались казахские имена.

Главным призом был верблюд. Его доставили в грузовике, до отказа набитом менее ценными наградами – баранами и козами. Ковры, конечно, тоже имелись в наличии.

Купкари близ Кошкургана

Стоял небольшой морозец, от лошадиного дыхания клубился пар, и когда вся эта орава собиралась в кучу в упорной схватке за тушу, образовывалось настоящее месиво; со стороны казалось, будто в центре толпы что-то взорвалось и до сих пор дымится.

К какому-то моменту всадники, периодически подъезжавшие к друзьям за столами, изрядно нагрузились, и «битва» приняла бескомпромиссный характер: часть времени они истово давились, потом кому-то удавалось подхватить козла, и конная лава устремлялась к концу поля, где снова увязала минут на двадцать. С ними вместе носился большой рыжий пес, очевидно, находя в этом странное удовольствие. Он с азартом бегал со всей ватагой, а когда один раз она свернула и помчалась к горе, принялся облаивать лошадей, чуть ли не кусая их за ноги, – мол, что это вы устраиваете такой непорядок, а ну назад, в табун...

Что касается купкари в Ангрене, где собралось наибольшее количество зрителей, то, думается, снимки передают атмосферу народного праздника без лишних слов.

***