Затем генеральный директор Национального агентства «Узбеккино» Фирдавс Абдухаликов опубликовал статью, как плохо ему жилось при Гульнаре.
Юлдуз Усманова тоже поделилась своими откровениями, как Гульнара заставляла её петь. А она (Юлдуз) не хотела петь. Убегала от Гульнары всё время. А та насильно приводила и заставляла петь. Видимо, из-за Гульнариных угроз она спела песню про Ислама Каримова, отца Гульнары, а потом и про неё саму, Гульнару, - спела «Гулисан», - из-за боязни.
Теперь, Зафар Хошимов отнекивается от Гульнары, забыв о том, как генерал [СНБ Шухрат] Гулямов в своё время «крышевал» его. И поэтому по делу генерала Гулямова его по следакам таскали (после того как генерала посадили – ред.). И как он отмазался, сам он знает (и не только он). А Гулямов был напрямую связан с Гульнарой.
На вопрос корреспондента [издания Kun.uz], почему Каримова не проявила интерес к его предприятию (хотя она пыталась установить контроль над многими успешными бизнес-проектами), Хашимов предположил, что в 2014-2015 годах его компания была еще слишком незначительной.
А ведь [интервью появилось] после публикации обращения Ассоциации «Права человека в Центральной Азии», направившей письмо руководителю Европейского банка реконструкции и развития (ЕБРР) Сума Чакрабарти с просьбой разъяснить политику финансирования сети супермаркетов Korzinka.uz (ранее ЕБРР заявил о предоставлении Korzinka.uz инвестиций на сумму до $40 млн). Правозащитники обеспокоились тем, что предприятие связано с обвиненной в коррупции Гульнарой Каримовой, и поинтересовались, не выкупает ли таким образом ЕБРР ее долю в торговой сети.
Тут подсказали, приведя пример: «Г-н Хашимов знает, что такое государственная программа продовольственной безопасности. В то времена большинство предпринимателей не могли конвертировать валюту под ТНП (Товары народного потребления), банки просто не принимали заявку на конвертацию под ТНП. Принимали только на сырьё и оборудование. В эту программу могли войти лишь компании, близкие к [правящей] верхушке. У этих компаний банки без всяких возражений принимали заявку на конвертацию под ТНП. Ставки были от 25 % до 28%. Конвертировали по государственному курсу (он был в два раза ниже рыночного – ред.), ввозили товары НП и продавали населению по рыночному курсу, вот таким образом прибыли у них были баснословные. Курс в то время знаем какой был, почти один к одному. Ну а дальше дело техники. Если продолжать [выискивать] связь между Корзинкой. уз и государственной программой продовольственной безопасности, то это займет почти целую статью». (…)
У нас в Узбекистане, оказывается всё так просто: захотел стал депутатом, захотел стал успешным строителем своего бизнеса, строителем бизнес-империи.
А как деньги делаются? Оказываются, ммм, по щелчку. Главное – «быть успешным». И на хрен какая-то Гульнара, или какие-то Гулямовы и иже с ними нужны. Ведь мы же «сами с усами».
Неужели есть такие, кто верит таким байкам: «сам построил свой бизнес», «сам был успешным предпринимателем», «избрался депутатом ОМ», «работал в поте лица на зарплату»?..
Не преуменьшая деяний Гульнары, противно читать таких интервьюдателей-лицемеров. Ведь народ и так знает, кто есть кто в Узбекистане. Ведь у нас страна как большой кишлак, где мало-мальски значимые люди всегда на виду. А шила в мешке не утаить.
Зафар Хашимов