Turkmenistan Helsinki Foundation for Human Rights (Виталий Пономарев) продолжает публикацию материалов (читать здесь и здесь – ред.), основанных на судебных показаниях Даулетмурата Тажимуратова - адвоката, журналиста и одного из главных лидеров каракалпакского национального движения. Эти свидетельства представляют особую ценность, поскольку позволяют восстановить события буквально по минутам и сравнить их с официальной версией властей.
Главный вывод, который следует из второй части публикации, заключается в том, что происходившее 1 июля 2022 года не выглядит заранее подготовленным вооруженным восстанием. Напротив, из показаний вырисовывается картина политического кризиса, который стремительно вышел из-под контроля.
Тажимуратов открыто говорит, что готовился к мирному митингу 5 июля. Именно эта дата была выбрана потому, что власти объявили ее последним днем общественного обсуждения конституционных поправок, фактически лишавших Каракалпакстан его суверенного статуса. По его словам, именно митинг должен был стать площадкой для начала политического диалога.
Особенно важно обратить внимание на еще одну деталь. За несколько дней до трагедии Тажимуратов даже не поддерживал идеи немедленного провозглашения независимости Каракалпакстана. Однако после полного отказа официальных властей обсуждать любые компромиссные предложения его позиция изменилась. Это свидетельствует о том, что радикализация происходила не сама по себе, а как реакция на отсутствие политического диалога.
В материалах фонда также подробно описывается эпизод возле мечети «Салман-ата». Именно здесь прозвучали призывы поддержать Тажимуратова как переговорщика. При этом он публично призывал людей соблюдать порядок, не брать палки и камни и действовать мирными средствами. Эти детали имеют принципиальное значение, поскольку существенно отличаются от многократно повторявшихся обвинений о якобы заранее подготовленных массовых беспорядках.
Не менее показательной выглядит история с его задержанием. После распространения видеозаписи выступления дом Тажимуратова был штурмом взят силовиками. Были выбиты окна, задержаны родственники, соседи и случайные люди, оказавшиеся рядом. Согласно опубликованным материалам, операция сопровождалась применением силы, стрельбой и последующим сокрытием части обстоятельств. Более того, в статье приводятся сведения о возможном уничтожении видеозаписей и исчезновении вещественных доказательств, которые так и не получили независимого расследования.
Наиболее тяжелая часть публикации касается сообщений о пытках после задержания. Тажимуратов подробно рассказывает об избиениях, использовании электрошокера, угрозах и попытках добиться ложных признаний. Эти показания заслуживают особого внимания международного сообщества, поскольку многочисленные международные организации на протяжении многих лет фиксируют проблему применения пыток в Узбекистане. Если подобные свидетельства не получают независимой проверки, это ставит под сомнение справедливость всего судебного процесса.
Неожиданным является и следующий эпизод. После пыток сотрудники силовых структур сами предлагают Тажимуратову выйти к протестующим и успокоить людей. Уже один этот факт вызывает серьезные вопросы. Если власти действительно считали его организатором насильственного мятежа, почему именно ему доверили попытку стабилизировать ситуацию?
Когда его привезли к центральному рынку, он увидел многотысячную толпу. Судя по опубликованным показаниям, дальнейшие действия были направлены не на эскалацию конфликта, а наоборот - на предотвращение столкновений. Он вел переговоры с руководством Каракалпакстана, призывал демонстрантов соблюдать Конституцию, неоднократно повторял необходимость мирного решения вопроса и убеждал людей разойтись.
Особенно показательным является эпизод с государственными символами. Тажимуратов держал в руках флаг Республики Каракалпакстан, однако одновременно потребовал принести и государственный флаг Узбекистана, подчеркнув, что «Узбекистан - наш общий дом». Согласно материалам фонда, именно представители силовых структур впоследствии не позволили передать этот флаг руководству республики. Этот эпизод разрушает распространенное утверждение о том, что протестующие якобы полностью отвергали государственность Узбекистана.
Не менее важны переговоры между Тажимуратовым и председателем Жокаргы Кенеса (парламентом Каракалпакстана – ред.) Муратом Камаловым. Из показаний следует, что стороны договаривались о снижении напряженности. Камалов просил записать видеообращение для успокоения населения, а Тажимуратов согласился это сделать. Более того, он лично призвал демонстрантов освободить дорогу автомобилю главы республики и разойтись по домам.
Однако именно после этого события начинают развиваться по совершенно иному сценарию. Автомобиль неожиданно меняет маршрут и движется в сторону Жокаргы Кенеса, где уже собирались тысячи людей. Именно этот момент становится одной из ключевых точек, требующих независимого исследования, поскольку дальнейшая эскалация конфликта произошла уже после достигнутых договоренностей о деэскалации.
Опубликованные Turkmenistan Helsinki Foundation for Human Rights материалы имеют значение далеко за пределами самого уголовного дела. Они позволяют увидеть, насколько сложной и неоднозначной была ситуация летом 2022 года. Вместо примитивной схемы «организованный мятеж» возникает картина стремительного политического кризиса, в котором ошибки властей, отсутствие диалога, применение силы и последующие репрессии сыграли не меньшую роль, чем действия самих протестующих.
Поэтому события «Канлы Саратан» требуют не политической пропаганды, а полноценного международного расследования. Без независимого изучения всех обстоятельств, без оценки действий силовых структур, без проверки сообщений о пытках, без анализа решений, принимавшихся руководством Узбекистана и Каракалпакстана в критические часы, невозможно установить историческую правду.
Именно поэтому публикация Turkmenistan Helsinki Foundation for Human Rights представляет особую ценность. Она дает возможность ознакомиться не с пересказами, а с судебными показаниями ключевого участника событий и сопоставить их с официальной версией. Для историков, правозащитников, юристов и международных организаций подобные документы становятся важнейшими источниками для понимания одной из самых трагических страниц современной истории Каракалпакстана.
Даулетмурат Тажимуратов, лидер протестов