- Почему 5 направлений, а не 6? В свое время пять принципов Каримова вызывали разногласия...

- В действительности я насчитал у него шесть направлений, а не пять. Это: образование и здравоохранение; социальное обеспечение; экономика, включающая банковский сектор; водные ресурсы и охрана окружающей среды; правовое государство; и шестое - «Новый Узбекистан, безопасная и мирная страна». Похоже, Мирзиёеву нравится число 5, это какое-то «сакральное» число для него, или годное для пиара. Ну пусть будет 5, это не имеет большого значения.

Важнейшим аспектом обеспечения экономического развития, особенно привлечения иностранных инвестиций, является реформа административной системы и верховенства права, независимость судов. Отечественный и иностранный бизнес должен иметь возможность защищать свои интересы без необходимости прибегать к помощи правительства. Любые споры должны решаться в судебном порядке. Но, к сожалению, меры, перечисленные в разделе «Верховенства закона» предвыборной программы Мирзиёева, не имеют ничего общего с верховенством закона. Это какие-то другие меры. Например, в одном месте упоминается введение мажоритарно-пропорциональной избирательной системы выборов в парламент. Но этот пункт не имеет ничего общего с верховенством закона. Это должно быть частью политического раздела, который кстати отсутствует в программе.

- Можно ли назвать эти направления стратегическими?

- Прежде чем говорить о президентской избирательной кампании, необходимо вспомнить контекст этих выборов. Я бы остановился на некоторых фундаментальных факторах, например, на вопросах, которые любое авторитарное государство считает приоритетными. Авторитарные государства обычно следуют двум основным приоритетам. Во-первых, их цель - сохранить авторитарный контроль над властью и оставаться у власти как можно дольше; во-вторых, они не могут игнорировать вопрос удовлетворенности населения своей администрацией. Вот почему они стремятся к политической легитимности. Это позволяет им сохранять стабильность в стране.

Сейчас, с принятием в Узбекистане новой конституции, авторитарный характер существующей системы усилился. Во-первых, к двум срокам нынешнего президента добавляется еще один срок - таким образом он, видимо, намерен оставаться у власти пожизненно. Во-вторых, узурпируются полномочия парламента - президент узурпирует ряд важных полномочий парламента, например, в утверждении назначений на важнейшие государственные посты. Мирзиёев вынужден делать какие-то шаги и давать обещания, чтобы выйти из ситуации и в каком-то смысле компенсировать свой авторитаризм. Он дает большие обещания в своей предвыборной программе.

Естественно, возникают вопросы о том, насколько эти обещания будут выполнены. Обещания Мирзиёева напоминают мне обещания, данные советским лидером Никитой Хрущевым в 1950-х годах. Тогда Хрущев обещал построить коммунизм через 20 лет. На практике, как известно, через 20 лет в Советском Союзе начался период застоя. Вот Мирзиёев теперь обещает удвоить ВВП страны к 2030 году. Но предвыборная программа Мирзиёева не даёт ответа на этот вопрос, как этого достичь.

Далее, его обещания напоминают планирование советских времен, когда ставились цели произвести столько-то тонн цемента, стали или, скажем, собрать столько-то тонн хлопка и т.д. Например, Мирзиёев говорит, что мы будем производить один миллион автомобилей. Но это противоречит его заявлению о том, что мы будем развивать рыночную экономику и частный бизнес. Ведь в условиях рыночной экономики бизнес сам решает, сколько производить, исходя из рыночных условий, спроса и предложения. Бизнес-планирование сверху вниз напоминает старую командно-административную систему управления экономикой. Такого же подхода придерживался в свое время и Ислам Каримов, который пытался управлять экономикой вручную из своего кабинета. В своих выступлениях Мирзиёев также часто дает указания бизнесу, например, фермерским и даже личным хозяйствам, сколько лимонов или сколько кур вырастить. Эти командные принципы экономической политики не имеют ничего общего с принципами рыночной экономики. Государство должно регулировать экономические отношения, не вмешиваясь в бизнес, и самое главное, обеспечивать свободную, честную и справедливую конкуренцию. Там, где нет честной конкуренции, всё контролируют монополисты. Я не увидел в предвыборной программе Мирзиёева, как правительство хочет регулировать экономику, как оно хочет обеспечить здоровую конкуренцию. Вместо этого мы видим мегаломанию, какие-то мегапроекты, так называемые кластеры. Мы уже знаем, как хлопково-текстильные кластеры стали монополистами в каждом отдельном районе, тем самым диктуя фермерам цены на их продукцию. Вот и сейчас, все эти мегапроекты, создаваемые сверху, вступают в противоречие с логикой и сутью рыночной экономики.

- Вы видели в предвыборной программе Мирзиёева намеки на политические изменения?

- К сожалению, в программе Мирзиёева нет отдельного раздела о том, как будет развиваться политическая система страны, как она будет продвигаться в демократическом направлении.

Похоже, Мирзиёев понял, что хороших идей в этом направлении у него нет, поэтому он не стал включать в свою программу пункты о политических реформах, а оставил только пункт об избирательной системе, вопреки логике включив его в перечень мер, направленных на обеспечение верховенства права.

Да, в другом месте упоминается, что хокимы будут подотчетны местным кенгашам (советам – ред.). В целом звучит неплохо. Но проблема в том, что сами кенгаши не являются демократическими органами, которые формируются путем свободных выборов. Были предложения со стороны гражданского общества разрешить оппозиции участвовать хотя бы в местных выборах, чтобы создать политическую конкуренцию, но как мы видим, что об этом ни слова. Следовательно, местные кенгаши, хотя формально и будут подотчетны хокимам, остаются под контролем исполнительной власти и хокимов.

- А вообще нынешние предвыборные процессы отличаются от выборов во времена Каримова?

- Со времен Ислама Каримова ничего не изменилось в плане выборов. Кандидаты, конкурирующие с Мирзиёевым, не имеют никакой репутации, поскольку являются представителями «карманных» партий. Мы очень мало о них знаем, они никогда не критиковали правительство, никогда не осмеливались критически анализировать государственную политику с точки зрения своей политической платформы. Эти кандидаты лишь сыграют роль в спектакле Мирзиёева, чтобы правительство могло сказать: «Вот, мы провели демократические выборы».

- Изменится ли состав правительства после президентских выборов, придут ли какие-то новые люди?

- Не думаю, что после выборов будут какие-то серьезные изменения, но через какое-то время Мирзиёев может в рамках своих обещаний начать какие-то мелкие, частные реформы, которые не изменят сути режима и стиль администрирования. Например, он говорит о системе социального обеспечения и образования. Можно ожидать, что будут потрачены какие-то деньги на некоторые реформы в этих сферах, чтобы обеспечить себе политическую легитимность. Однако я не ожидаю каких-либо существенных изменений в достижении верховенстве закона, о котором вообще ничего не говорится в его программе, кроме названия раздела.

- На данный момент есть мнение, что Мирзиёев форсирует выборы, чтобы провести непопулярные реформы, такие как либерализация тарифов на электроэнергию и энергию в целом. Может быть так?

- Здесь есть два важных аспекта. Во-первых, как авторитарный лидер, контролирующий все ветви власти и ситуацию в стране, опираясь на репрессивный аппарат, Мирзиёев может делать эти вещи и сегодня, если захочет, его в этом никто не остановит. Конечно, сначала понадобятся какие-то разъяснения для общества, но в целом президент может сейчас поднять тарифы, если захочет. Дело в другом. Какой смысл в либерализации цен на энергоносители без создания рыночной среды в секторе энергетики? Ведь если организации, поставляющие электроэнергию, тепло и газ, сохранят свое нынешнее монопольное положение, они будут при «либерализации» тарифов повышать цены в одностороннем порядке. Здесь на первое место должен встать вопрос о создании конкурентной среды, достижения честной конкуренции между несколькими компаниями на рынке в данном секторе экономики. Тогда бы сформировались относительно справедливые цены, основанные на спросе и предложении.

Но и тогда государству придется помогать населению, субсидируя цены. Например, в Великобритании много компаний, предлагающих услуги по поставке газа, электричества и тепла, и между ними существует реальная конкуренция. Несмотря на это, цены за последние несколько месяцев резко выросли, и правительству пришлось частично покрывать расходы на электроэнергию для домашних хозяйств. Короче, я не согласен с мнением, что «Мирзиёев форсирует выборы для повышения цен на энергоносители».

Шавкат Мирзиёев

Источник