Архив новостей

Колония Таваксай в Ташкентской области Узбекистана: туда и обратно

Пятница, 25 Мая 2018

Далеко не каждый человек, находящийся в заключении, совершил те преступления, в которых его обвинили. Однако в любом случае государство разрешает ему встречи с близкими. Только вот как они проходят? По словам ташкентской правозащитницы Татьяны Довлатовой, специализирующейся на защите прав заключенных и их родственников, нередко положенные по закону свидания оборачиваются настоящим издевательством.

В качестве примера она приводит недавний визит жительницы Ферганы Натальи Сайфулаевой в колонию 64-3, расположенную возле поселка Таваксай, неподалеку от города Чирчик в Ташкентской области. Женщина ездила туда, чтобы навестить своего мужа Хуршида Маматкулова, год назад приговоренного к 13-летнему заключению.

Как предприниматель оказался в колонии

Довлатова рассказывает, что с этим осуждением не всё чисто. Недавно она совместно с правозащитниками Агзамом Тургуновым и Малохат Эшанкуловой побывала в Фергане для проверки информации, связанной с арестом и осуждением Маматкулова, после чего и пришла к подобному выводу.

Правозащитников пригласили отец и брат Хуршида. Они рассказали, что Маматкулов был успешным предпринимателем – занимался поставкой за рубеж плодовоовощной продукции, имел в своей родной Фергане большой ресторан. Из-за него у Маматкулова и случился конфликт с сотрудниками из отдела по борьбе с организованной преступностью Ферганского УВД. Милиционеры любили покушать в его ресторане, но оплату нередко откладывали «на потом».

Наталья Сайфулаева и ее дети на одном из детских утренников

Наталья Сайфулаева и ее дети на одном из детских утренников

Когда сумма долга достигла нескольких миллионов сумов (нескольких сотен долларов – ред), Хуршид сделал начальнику отдела замечание. Слово за слово, и они крепко поругались. Скандал закончился тем, что сотрудники отдела по борьбе с организованной преступностью решили отнять у владельца выгодный бизнес.

За поводом дело не стало, и предпринимателя арестовали в июле 2016 года. Сначала его обвинили в рэкете, затем припомнили незаконный переход границы, произошедший еще в 2009 году – тогда он нелегальным образом, в обход официального КПП, сходил в Киргизию на свадьбу к родственнику.

На первый взгляд, это, вроде бы, пустяк, но, начиная с 2006 года, наказание за подобный проступок стало очень жестким - в соответствии со статьей 223 Уголовного кодекса за нелегальный переход можно получить от трех до пяти, а то и до десяти лет лишения свободы. И Маматкулову за это «накрутили» на полную катушку.

Почти два года Хуршид просидел в следственном изоляторе Ферганы, а в мае 2017 года решением Ферганского городского суда по уголовным делам был приговорен к семи годам лишения свободы. Однако прокуратура внесла протест, и Маргиланский суд по уголовным делам, пересмотрев это решение, дал Маматкулову уже 13 лет. Они сложились из двух статей: 165-й («Вымогательство») и 223-й («Незаконный выезд за границу или незаконный въезд в Республику Узбекистан»).

Кстати, как утверждают правозащитники, члены оперативной группы, которые вели следствие по его делу, позднее сами были арестованы и осуждены на разные сроки, кому-то дали даже 9 лет. Отец и брат Маматкулова специально ходили на заседания, где судили людей, сфабриковавших дело на Хуршида. Их обвинили сразу в нескольких преступлениях – «Разглашение государственных секретов», «Вымогательство», «Мошенничество» и «Самоуправство».

«Грубость и хамство»

За три месяца до поездки в колонию, в январе 2018 года, Сайфулаева уже посещала мужа в Таваксае, куда его недавно отправили на отсидку, - ей с пятью дочерьми тогда дали суточное свидание и предоставили только одну маленькую комнату.

Чтобы такого безобразия больше не повторялось, Татьяна Довлатова помогла Наталье заранее написать заявление с требованием дать ей не один, а три дня, и разместить ее с детьми в двух комнатах, как это и положено по закону.

9 апреля Сайфуллаева приехала в поселок Таваксай вместе с детьми. Но уже в 9:30 была вынуждена позвонить по телефону Довлатовой. По словам Натальи, сотрудники колонии ей грубили и категорически отказывали в трехсуточном свидании и в выделении двух комнат. На все вопросы и просьбы ответ был один: «Народу очень много».

Особенно в грубости и хамстве, как она рассказала, усердствовала сотрудница колонии по имени Зилола.

«Спасительный» звонок

По приезду в колонию, Татьяна Довлатова долго дожидалась приема у начальника колонии Джуры Пулатова, который якобы находился на совещании. После часа дня, когда малолетние дети Натальи стали плакать, Довлатова позвонила на телефон доверия №102 в ГУВД Ташкента, и сообщила, что приема граждан в колонии не ведется. После этого ситуация изменилась.

«Нас сразу принял сотрудник, представившийся заместителем начальника по режиму, по имени Даниёр, - рассказывает правозащитница. - На нашу просьбу он ответил, что комнат мало, а давать или не давать им свидание на трое суток – это право начальника колонии.

Однако женщины стали спорить, ссылаясь на статью 76 Уголовно-исполнительного кодекса РУз, которая, в частности, гласит: «Длительные свидания предоставляются осужденным с правом совместного проживания с близкими родственниками (муж, жена, родители, дети, усыновители, усыновленные, братья, сестры, дед, бабка, внуки) на территории учреждения либо вне ее пределов в случаях, предусмотренных статьями 114 и 130 настоящего Кодекса». В этих статьях определяется порядок проведения свиданий на льготной основе.

Сайфулаевой с детьми как раз было положено длительное свидание. И администрация колонии была предупреждена еще за 10 дней до их приезда.

Доказывая свою правоту, женщины говорили, что решать все эти проблемы должны не они, а начальник колонии - подполковник Джура Пулатов, который, в силу своих профессиональных обязанностей, вполне может начать строительство дополнительных комнат во вверенном ему учреждении.

Настойчивость Татьяны и Натальи оказалась вознаграждена: начальник колонии пошел им навстречу и разрешил свидание на трое суток, выделив для этого две комнаты.

Обстоятельства встречи

Тем не менее, Наталью Сайфуллаеву с детьми всё равно продержали до 16:00, и лишь после этого пустили на свидание. Дали две комнаты, каждая размером в 2,5 на 3 метра.

А на следующий день одну комнату у нее почему-то отобрали. И вторую ночь они спали так: четверо детей на кроватях, а Наталья с мужем и грудной дочкой на полу. Питались тоже по-походному - половина семьи за столом, остальные опять-таки на полу.

С завтраком пришлось торопиться, потому, что газ на кухне почему-то в период с 9 утра до 12 дня отключают.

Утром им выделили помещение шире аж на 50 сантиметров. Промучившись сутки в клетушке размером 3 на 3 метра, семья из семерых человек была вне себя от возмущения. Особенно горячилась Наталья, заявляя, что она «этого так не оставит». В итоге семье вновь предоставили вторую комнату - находящуюся в конце коридора. Произошло это в полночь, когда измученные дети уже спали.

Последний сюрприз от посещения колонии в Таваксае заключался в том, что дежурный принес стопку чистых листов и предложил Наталье написать, что она всем довольна. Под давлением мужа, опасавшегося нежелательных последствий, она написала такую расписку.

Сплошные нарушения

Но жалобу на руководство таваксайской колонии Наталья Сайфулаева всё-таки подала. В ней она поставила ряд существенных вопросов.

Почему, если она приехала в 9 утра, свидание ей дали только в 16:00? Почему всё это время ее дети были без горячей воды и пищи? Почему во всех зонах есть внутренний дворик для игр детей, а в Таваксае он отсутствует? И с какой стати дежурный офицер отобрал у ее семьи одну комнату?

Особенное возмущение Сайфуллаевой вызвало то, что представленные ей и ее детям постели оказались столь грязными, что она опасалась, как бы они не подхватили какую-нибудь заразу. Кстати, в комнатах для свиданий нет дополнительных, пусть даже грязных, матрасов. Одну ночь Наталье пришлось спать просто на полу.

Одним словом, претензий к руководству колонии у неё было много. Начиная с того, что писем, отправленных ей мужу, в количестве семи штук, он так и не получил.

У Татьяны Довлатовой, помогавшей составлять эту жалобу, сложилось твердое убеждение, что сотрудники колонии вымогают деньги за предоставление дополнительных трех суток для свидания и за «лишние» комнаты. Так сказать, небольшой бизнес.

От себя лично правозащитница хотела бы добавить еще несколько замечаний.

«Зоне в Таваксае, наверное, не меньше ста лет, - говорит она.- Здесь заключенные сидели, сидят и, видимо, будут сидеть и дальше. Но почему все закрывают глаза на то, что при колонии отсутствует элементарная детская площадка? Жара, летом настоящее пекло, а детям, которых привезли жены заключенных, некуда выйти. В комнатах духота, нет даже вентиляторов. Равнодушие высоких начальников поражает».

Правозащитница отмечает, что начальство колонии сокращает суточное свидание до 16 часов. Впускают в 16:00, выгоняют в 8:00. Хотя, согласно законодательству, на встречу отводятся сутки, то есть, полные 24 часа.

Кроме того, они не отвечают на обращения родственников заключенных. Наталья Сайфуллаева отправила заказное письмо начальнику колонии еще 31 марта. С тех пор прошло два месяца. Ответа нет. Не дождалась она его и из ГУИНа – по поводу жалобы на порядки в этом учреждении, поданной в апреле. Довлатова считает, что они нагло и беззастенчиво игнорируют закон «Об обращениях физических и юридических лиц».


Соб. инф.