25 сентября в Ташкенте началась реставрация маленькой полуразрушенной часовни, стоящей в узбекской махалле Камалан, неподалеку от одноименного мусульманского кладбища, в районе станции метро «Национальный парк». Строение было возведено в 1886 году над захоронением нескольких десятков русских солдат, погибших в 1865-м во время штурма Ташкента войсками под руководством генерала Черняева, и является старейшей на территории современного Узбекистана православной часовней.

Те, кто интересуются историей культуры, должны поскорее посетить Узбекистан, если это еще того стоит, поскольку приходится выразить сожаление по поводу архитектурного наследия этой среднеазиатской страны. Речь идет не об академических тонкостях в вопросах правильной реставрации, а об основах международных соглашений, зафиксированных во многих документах Международного совета по охране памятников Icomos. В последние годы бульдозер стал главным инструментом реставрационных работ. После сноса объекты заменяются подделками, грубо копирующими оригинал, - отсутствие сходства замечается даже неподготовленным глазом. Такой подход был опробован в столице Узбекистана Ташкенте, когда кирпичное здание Приюта Кауфмана, относящееся к русскому колониальному периоду, было разрушено летом 2017 года и «восстановлено» на самом заметном месте, непосредственно в центре города.

Куратор и историк искусства Борис Чухович на сайте Alerte Heritage, посвященном защите центрально-азиатского культурного наследия, опубликовал статью о проблеме реставрации в Центральной Азии и других странах постсоветского пространства. Публикация вызвана варварским сносом семикупольного мавзолея Шамуна-наби (XVII - XVIII вв.), возведенного на развалинах более древнего сооружения, главной исторической достопримечательности Каракалпакстана из жженого кирпича. Как недавно стало известно, охраняемый объект был полностью снесен и заменен новенькой копией. И это не единственный памятник, уничтоженный ради того, чтобы на его месте было построено что-то поярче и «покрасивше» - в последние полтора десятилетия этот процесс охватил все регионы Узбекистана, причем сносы «старья» поддерживаются самими властями. Ниже мы полностью приводим статью Б.Чуховича.

Дома как люди - одни заслуживают романов и баллад, другие не стоят даже упоминания. В центре Чирчика, чуть повыше городского канала, за разросшимися деревьями виднеется монументальное строение, которое еще рано называть развалинами, но в ближайшем будущем оно обещает в них превратиться. Со стороны двора здание напоминает средневековый караван-сарай с многочисленными комнатами-худжрами, а наружные стены оснащены балкончиками и рядами круглых окон-иллюминаторов. Мало кто знает, что это первое многоэтажное здание Чирчика, заложенное в 1934 году, когда ничего подобного не было даже в Ташкенте, и лишь после его постройки началось возведение еще не существующего, но уже запланированного города.

В юго-восточной части Самарканда, через дорогу от кладбища с мавзолеем средневекового исламского богослова и казия Ходжа Абди-Даруна стоит полуразвалившееся старинное здание с высоким изящным порталом, известное как Ишратхана (Ишратхона). Когда-то оно имело высокую башню с бирюзовым куполом, мечеть и ряд различных пристроек, но до нашего времени сохранились только остатки главного помещения. Похоже, что за всю свою многовековую историю, вплоть до середины XX столетия, оно никогда не ремонтировалось. Однако в последние месяцы положение меняется: памятник эпохи тимуридов начали реставрировать - с помощью обыкновенного силикатного кирпича.