Игорь Цой: «Почему либерализация в информационной сфере носит половинчатый характер»

Суббота, 26 Декабря 2020

Президент Узбекистана Шавкат Мирзиёев 14 декабря 2019 года подписал постановление, направленное на обеспечение верховенства Конституции и закона. В постановлении Агентству информации и массовых коммуникаций поручено, в частности, «проработать вопрос об отмене нормы, связанной с лишением свободы за клевету и оскорбление», а также «усилить систему защиты журналистов от незаконных действий или решений государственных органов и должностных лиц».

Кроме того, Агентство должно разработать дополнительные меры по содействию открытости деятельности всех государственных органов страны и их взаимодействию со средствами массовой информации.

15 января Агентство информации и массовых коммуникаций опубликовало для обсуждения законопроект, предусматривающий исключение из Уголовного кодекса нормы, связанной с лишением свободы за клевету и оскорбление. 

15 декабря 2020 года – через 11 месяцев – на сайте Законодательной палаты появилось сообщение, что депутаты одобрили закон, которым смягчено наказание за преступления, связанные со случаями клеветы и оскорбления, а именно отменяется наказание в виде лишения свободы за эти преступления.  Одновременно вводится наказание за распространение ложной информации.

Сенат Олий Мажлиса Узбекистана на 10-м пленарном заседании 19 декабря одобрил этот закон (поразительная оперативность!) В сообщении пресс-службы верхней палаты парламента говорится, что изменения должны способствовать повышению уровня прозрачности в обществе. 

«Повышение уровня прозрачности в обществе» и введение наказания «за распространение ложной информации». Отечественные законодатели пытаются соединить несоединимое.

За преступления, связанные со случаями клеветы и оскорбления, депутаты и сенаторы отменили наказание в виде лишения свободы. То есть поручение президента выполнено. 

Но что делают законодатели дальше? Они начинают думать, как защитить, прежде всего, отечественную «элиту» от пристального внимания и критики журналистов, блогеров и просто неравнодушных граждан. Они начинают думать, как запретить или, по крайней мере, ограничить озвучивание мнений и взглядов граждан в информационном поле.

Выход найден: в отечественное законодательство вводится термин «ложная информация». При этом не даётся его конкретного определения, не раскрывается содержание этого понятия, что неизбежно приведёт к возникновению широкого поля возможностей для субъективизма и полному отказу от объективности. 

Видимо, у отечественных законодателей ещё свежо в памяти, как лихо был принят закон от 26 марта 2020 года № ЗРУ-613, согласно которому «распространение сведений [не соответствующих действительности о распространении карантинных и других опасных для человека инфекций в условиях возникновения и распространения карантинных и других опасных для человека инфекций – прим. авт.]… в печатном или иным способом размноженном тексте либо в средствах массовой информации, а также всемирной информационной сети Интернет – наказывается штрафом от 200 до 400 БРВ или обязательными общественными работами от 300 до 360 часов либо исправительными работами от 2 до 3 лет или ограничением свободы до 3 лет или лишением свободы до 3 лет».

Любое критическое высказывание и сатира в адрес конкретного человека, либо освещение его действий или бездействий можно подвести под статью «Распространение ложной информации».

Ведь, что такое ложная информация? Ложная информация (дезинформация) - данные, характеризующие какое-либо действие, свойства и прочую информацию неверно или не до конца верно. 

Например, чиновник заставил стоять людей в арыке. Это событие получило общественный резонанс. Но у людей, стоящих в арыке, потом собрали объяснительные, что было жарко и они сами захотели немного охладиться. И всё – процесс наказания за распространение «ложной» информации пошёл.

Чиновник, фирма которого получила подряд на строительство или благоустройство, после обнародования этого факта тут же предоставит «документы» о том, что эта компания совершенно заслуженно выиграла тендер. И, несомненно, потребует сатисфакции.

К чему это приведёт? К тому, что мы видели при Советской власти и в годы независимого Узбекистана до 2017 года. «Достижения», «рекорды», «ввод в эксплуатацию», «мы самые-самые…» К чему это привело – все знают.

Согласно статье 1 Конституции: «Узбекистан — суверенная демократическая республика». Одним из признаков демократии является наличие независимых средств массовой информации (СМИ), идеологическое многообразие и плюрализм мнений. 

Именно СМИ доносят до граждан разные политические альтернативы и их вероятные последствия. Именно благодаря СМИ каждый человек информирован по основным вопросам жизни общества и государства. И именно через СМИ гражданин имеет возможность донести свою позицию до общественности по любым вопросам. СМИ и общественное мнение зачастую становятся единственными защитниками интересов и прав человека.

Мне могут возразить, что это сделано для повышения ответственности за распространяемую информацию. Зачем? Ведь в Гражданском кодексе уже есть статья 100 «Защита чести, достоинства и деловой репутации», есть соответствующие статьи в КоАО (статьи 40 «Клевета» и 41 «Оскорбление») и в УК (статьи 139 «Клевета» и 140 «Оскорбление»).

Свидетельством того, что отечественные законодатели приняли статьи о ложной информации исключительно для защиты интересов и сохранения рядов «элиты», служат простые факты. 

Во-первых, в ложную информацию включаются не только клевета о человеке, недостоверные случаи злоупотребления им своими служебными обязанностями, его бездействия, информация о том, что лицом были совершены поступки, угрожающие его репутации и другое. В понятие ложной информации входит не только дезинформация о человеке, но и о событии. Чего не наблюдается в принятых нововведениях в КоАО и УК.

Во-вторых, законодатели не разделяют понятий «ложная информация» и «недостоверная информация», «ложная информация» и «заведомо ложная информация», «недостоверная информация» и «заведомо недостоверная информация». Это важно. Наказание должно следовать лишь за распространение заведомо ложной информации и заведомо недостоверной информации. 

Заведомо ложные – это сведения, которые изначально не соответствовали реальности, при этом самому лицу, предоставляющему их, это известно. Заведомо недостоверные – это сведения, которые лишь отчасти могут соответствовать действительности.

При этом, правонарушением или преступлением считается случай, если лицо, действовало с прямым умыслом, сознавало, что размещённая им под видом достоверной информация является ложной, и имело цель довести эту информацию до сведения других лиц. 

Сложно? Конечно. Но недолго думая, депутаты и сенаторы объединили понятия «ложная информация» и «недостоверная информация», «ложная информация» и «заведомо ложная информация», «недостоверная информация» и «заведомо недостоверная информация» и, сделав их тождественными, объединили их в понятие «ложная информация». Но ведь за каждым из этих понятий стоят конкретный человек, с его устремлениями и желаниями, конкретные поступки, действия и мотивы. Но разве чиновники думают об этом?

И вот уже в целях «совершенствования мероприятий мониторинга массовой информации» в интернете и «защиты интересов личности, общества и государства в информационной сфере» 23 декабря правительство принимает постановление, которым определяет, что «при выявлении запрещённой информации в текстах комментариев к материалам сайта либо в социальных сетях или мессенджерах Центр по вопросам массовых коммуникаций Агентства информации и массовых коммуникаций (АИМК) направляет уведомление владельцу веб-сайта, группы (канала) в мессенджере или блогеру о необходимости удаления запрещённой информации в течение 24 часов».

Принятое постановление соответствует статье 121 закона «Об информатизации» «Распространение общедоступной информации во всемирной информационной сети Интернет» (введена законом от 4 сентября 2014 года № ЗРУ-373), но они [постановление и статья 121 – прим. авт.] не соответствуют международным стандартам.  8 сентября 2014 года представитель Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе по вопросам свободы СМИ Дунья Миятович заявила, что эти поправки в законодательство Узбекистана ещё более ограничивают свободу выражения мнений и свободу СМИ.

«Под угрозой блокировки сайтов и административной ответственности закон теперь обязывает блогеров сообщать только проверенные и достоверные сведения по любой теме», - заявила Дунья Миятович. Представитель ОБСЕ также отметила, что ограничения выходят за рамки допустимых границ свободы слова, установленных обязательствами в рамках ОБСЕ и другими международными стандартами.

Синхронность введения наказания за распространение ложной информации и определение специально уполномоченного органа по проверке общедоступной информации не может быть случайной. Автор ранее высказывал предположение о том, что либерализация информационной сферы носит временный характер («оттепель») и чиновники сделают всё, чтобы информация о них перестала просачиваться в СМИ. К сожалению, сейчас предположение становится явью.

Агентство информации и массовых коммуникаций (АИМК) молчит. Молчит и Общественный фонд поддержки и развития национальных масс-медиа. Лишь Комитет по защите журналистов (Нью-Йорк) выступил 21 декабря с заявлением, в котором говорится, что «власти Узбекистана должны прекратить попытки криминализировать распространение предположительно ложной информации и обеспечить журналистам возможность работать свободно и без страха наказания».

Ждём, когда президент подпишет одобренные народными избранниками и сенаторами нововведения в КоАО и УК. Или всё-таки убедимся, что реформы действительно направлены на демократизацию общества, что слова президента, сказанные 30 сентября на торжественном собрании, имеют основание. 

«Мы проходим через большие испытания, некоторые не выдерживают вопросов представителей СМИ, не принимают формирующуюся свободную среду для массовой информации, не хотят слышать голос справедливости. Но им придётся, или наши пути с ними разойдутся», - заявил тогда Шавкат Мирзиёев. 

1

Источник – Repost.uz 


Игорь Цой, экономист-аналитик