Алишер Ильхамов: «Три причины, по которым Узбекистану противопоказана АЭС»

Понедельник, 23 Сентября 2019

Это причины, связанные с: 1) финансовым обоснованием, 2) безопасностью и 3) интересами населения и технологической независимостью страны.

1. Финансовая

Привожу сравнительную стоимость основных видов энергии с точки зрения капитальных затрат в расчете на киловатт:

Ядерная энергия - $6000/кВт

Газ и нефть - $1000/кВт

ГЭС - $2680/кВт

Солнечная энергия – от $1060/кВт (для бытовых нужд) до $1800/кВт (гелиостанции)

Хранение энергии (большая батарея) - $2000/кВт

Источник: «Cost and Performance Characteristics of New Generating Technologies, Annual Energy Outlook 2019». U.S. Energy Information Administration. 2019; Доклад Национальной Лаборатории of the U.S. Department of Energy Office of Energy Efficiency & Renewable Energy, 2018

Но в эти капитальные затраты на АЭС не включены косвенные затраты, а именно расходы на дезактивацию станции после истечения срока её действия, на хранение радиоактивных отходов и на создание и поддержание системы безопасности на протяжении всего срока действия станции и ее дезактивации.

Известно, что стоимость строительства и ввода в действие узбекской АЭС оценивается пока в 11 миллиардов долл. Это заявленная сумма. Практика показывает, что заявленные суммы имеют тенденцию к возрастанию по мере строительства подобного рода сложных объектов. И потом это обычная маркетинговая тактика продавца, сознательно занижающего стоимость товара на первых этапах переговоров, чтобы потом накрутить стоимость под разными предлогами, когда решение покупателем уже принято.

Стоимость дезактивации (nuclear decommissioning), по имеющейся мировой практике, составляет до полумиллиарда долларов, в зависимости от мощности станции. Но может быть и больше. Во Франции стоимость деактивации маломощной АЭС в Brennilis (всего 70 МВт) вылилась в €480 миллионов. Для сравнения, мощность узбекской АЭС проектируется на 4800 МВт.

О размере расходов на системы безопасности не могу пока ничего сказать, но можно с уверенностью утверждать, что эти расходы теперь существенно возрастут в связи с атакой 10 дронов на нефтяные комплексы в Саудовской Аравии. Проблема в том, что там не сработали конвенциональные способы защиты от военных беспилотников: ни радиолокационные устройства, ни системы глушения радиочастот, по которым обычно управляются дроны (об этом чуть подробнее ниже), ни система противоракетной обороны «Патриот». Это при том, что саудиты ожидали эти атаки. Предыдущие были в июне, когда хуситы предприняли попытку атаковать эти же комплексы. Саудовская Аравия даже заранее закупила у Британии новую партию запчастей для укрепления радиолокационной системы. Кстати, на днях правительство Британии извинялось перед судом за это, т.к. есть судебное решение о запрете поставок вооружений Саудовской Аравии из-за войны в Йемене.

Теперь саудиты ломают голову, как защититься от подобных атак в будущем. Для этого понадобится новое поколение защиты от дронов. А это значительные расходы. Не уверен, что у Узбекистана найдется достаточно денег на это новое поколение. Значит, вопрос зависает в воздухе и ответа на него пока нет, ни по эффективности, ни по стоимости.

Есть еще одно важное соображение. Ввод в действие АЭС (только первой ее очереди) предусмотрен аж на 2028 г., и еще не факт, что эти сроки будут выдержаны. Но как минимум 9 лет нужно ждать того, как она начнет давать энергию и неизвестно когда окупится. За это время другими источниками можно было бы произвести огромное количество энергии. (Об этом здесь – прим. ред.) Это явно упущенная выгода.

2. Безопасность

Тут имеются две проблемы. Первая - это то, что с атаками на саудовские нефтяные комплексы мы вступили в новую эру военного применения дронов. Как я уже отметил, новизна в том, что конвенциональные способы защиты в Саудовской Аравии, радиолокационная защита и глушение радиочастот, а также ПРО «Патриот» не сработали. Так, на днях представитель Пентагона Марк Эспер признал невозможность для систем ПВО отразить атаку на Saudi Aramco. Может, С-400 будут эффективней? Может, учитывая их более продвинутые характеристики, по сравнению с «Патриот». Но во сколько покупка С-400 обойдется Узбекистану? И всё из-за одной станции. Не получится ли, как отметил один комментатор на ФБ, что придется стрелять из пушки по воробьям?

А вы знаете, как Израиль выиграл две войны с Египтом и с Сирией в 70-е-80-е годы? Они запустили несколько дронов, вызвав огонь ПВО на себя. У противника кончились снаряды, и тогда израильская военная авиация получила полное господство в воздухе. Спроецируем эту ситуацию на Узбекистан: посылается несколько дронов, срабатывает система С-400. После чего посылается вторая партия дронов. Возможно, так и произошло в Саудовской Аравии.

Почему хуситам удалось прорвать мощную систему обороны Саудовской Аравии, чей военный бюджет один из самых больших в мире? Помимо хитроумной тактики, хуситы (или Иран) видимо применили что-то новенькое. Что именно?

В принципе, уже производятся дроны, которые преодолевают эти препятствия. США и Британия производят дроны по стелс-технологии (stealth), которые делают дроны невидимкой для радиолокационных устройств. В этих же странах разработаны самонаводящиеся беспилотники, которые не нуждаются во внешнем управлении. Если им задана цель, то они уже сами выбирают маршрут, сканируя территорию их передвижения, и никакое глушение частот против них не сработает.

Пока не было сообщений, что кто-то кроме этих двух стран производят такие беспилотники. Но Иран и Китай не очень отстают в этой сфере от США, Британии и Израиля. В июне иранские «стражи революции» сбили американский беспилотник. Не трудно догадаться, что в их руках этот беспилотник стал путеводителем по наращиванию своих технологий и производству более «умных» дронов.

Ближний Восток сейчас напичкан всевозможными дронами военного назначения. Ими широко пользовались все стороны конфликта в Сирии. Есть военные дроны и на вооружении у ИГ, основные силы которых переместились и сосредоточились в Афганистане. Их там насчитывается по разным оценкам от 5 до 14 тысяч. У них денег за годы пребывания в Ираке и Сирии накопилось достаточно, чтобы обзавестись дронами любого поколения, если те появились на черном рынке. Или они своими силами могут их собрать, ведь в свое время в ряды ИГ вступило множество граждан европейских стран, многие из которых - дипломированные специалисты, закончившие западные вузы.

Пока ИГИЛ и талибы в соседней стране заняты внутри-афганскими разборками. Их пока не особо интересует Узбекистан. Но мы не знаем, что произойдет в течение следующего десятилетия, особенно в свете того, что американцы уже уходят оттуда. Скоро страну покинут 5 тыс. и останется контингент в 9 тыс. [военных] солдат США. Если талибы и нынешнее правительство не объединятся против ИГИЛ, то тот окончательно укрепится там. Особенно на севере страны, где они уже контролируют некоторые подступы к границе с Туркменистаном. А прямое расстояние от северных границ Афганистана до Фаришского района Джизакской области не превышает 400 км. Это гораздо меньшее расстояние, чем доступное для дронов в распоряжении хуситов и наверняка - для ИГИЛ в Афганистане.

Некоторые эксперты утверждают, что дроны и даже бомбы для генераторов не представляют угрозы. Действительно купол генератора имеет много слоев из прочного материала. Однако террористам не обязательно целиться в сами генераторы. Помимо них на территории станции имеются и другие объекты, более уязвимые, чем генераторы. Прежде всего речь идет о периодической замене топлива (раз в год-два). Надо будет хранить какое-то его количество для заправки генераторов, как-то его транспортировать. А самое главное, отработанное топливо будет храниться на территории станции в течение нескольких лет в целях его охлаждения, перед отправкой по месту назначения. Остывание топлива, которое еще обладает радиоактивными свойствами, производится в специальных водоемах. Вот эти водоемы и могут стать объектом атак дронов. Физики могут дать свою оценку опасности, с этим связанной.

В этих водоемах вода служит препятствием для выделения радиации из отработанного топлива. Если добиться быстрого испарения воды (скажем, под воздействием пожара), то последствия будут плачевными. Американский специалист Kevin Crowley (the Nuclear and Radiation Studies Board) считает, что такие водоемы уязвимы для атак.

3. Интересы населения и технологическая независимость

Проектная мощность Джизакской АЭС рассчитана удовлетворение всего на 10-15% потребностей Узбекистана, и то не известно, когда эта цель будет достигнута. Этих же целей можно достичь гораздо быстрее, развивая системы выработки солнечной энергии. При этом солнечные батареи лучше всего использовать для удовлетворения бытовых нужд населения, для нужд сельского хозяйства и на снабжение разного рода зданий (школ, больниц, госучреждений и т.п.), то есть там, где можно быстро установить панели малого размера и передать их для эксплуатации самим хозяевам этих строений. Другими словами, никаких километров панелей не потребуется устанавливать, если только не строить гелиостанции большой мощности (это пока под вопросом).

Подсчитаем, сколько это будет в структуре потребления энергии по стране. Домохозяйства потребляют сейчас 26% всей энергии, сельское хозяйство – 20%, бюджетные организации 11%. В сумме получается 57% всей потребляемой энергии. Если хотя бы треть этих потребностей удовлетворить солнечной энергией, то это будет около 20%, то есть гораздо больше, чем целевые цифры АЭС (10-15%). И этого добиться можно гораздо быстрее, в разы быстрее, чем рассчитывая на АЭС.

Что служит препятствием для установки систем солнечной энергии? Прежде всего финансовый барьер: большинство домохозяйств не смогут потянуть расходы на разовую установку солнечных батарей, несмотря на то, что потом за энергию не надо будет платить ничего. Здесь нужна в каждом случае разовая инвестиция. И в этом деле государство должно пойти навстречу, во-первых, предоставляя субсидии для снижения цены установки (как это делает Британия и другие страны Европы, выделяя гранты населению), а также банковские кредиты наподобие ипотеки. Надо просто объяснить населению, что это выгодное капиталовложение, которое позволит через 3-4 года перейти к полностью бесплатной энергии, учитывая, что такие установки рассчитаны сегодня на 20 лет работы. Это значит, как минимум 15 лет бесплатного получения энергии и отсутствие головной боли, связанной с разного рода счетчиками, которые узбекские власти навязывают домохозяйствам, и с беспрестанным повышением тарифов на поставку электричества и газа и с их постоянными перебоями.

Кроме того, Узбекистану вполне по силам включиться в технологическую гонку по изобретению новых решений производства солнечных установок. В вопросе ядерной энергии, вряд ли на это можно рассчитывать. Росатом не поделится своими технологическими секретами.

Что еще этому решению мешает? Конечно, это агрессивный лоббизм со стороны структур и лиц, заинтересованных в продвижении проекта АЭС. Ведь это для них хорошая кормушка, значительное финансирование и безбедная жизнь на многие годы вперед. Только для них интересы страны и ее населения побоку. Их интересует только свой карман.

Источник


Алишер Ильхамов, научный сотрудник Школы Восточных и Африканских исследований Университета Лондона


Комментарии  

#1 anoroy@mail.ru 23.09.2019 23:22
Автор прав.Германия отказалась от АЭС,а в Уз сейсмоопасный вообще НЕЛЬЗЯ АЭС.Узбекистан богат солнцем и это нужно использовать.Многие как и наша семья в теплый сезон пользуемся теплом от солнца-большую бочку с водой ставим на крышу дома покрасив ее в черный цвет и горячая ,даже кипяченная вода всегда есть почти до часа ночи.Бекабадский и Кокандский ветер нужно использовать установив ветряки. Я бы солнечные батареи купила,но их изготавливают германцы и они дорогие,а еще выходят из строя и замена еще дороже.
Цитировать